Книга Надежда маяка, страница 45 – Анна Леденцовская

Мебель, которую достали из немажоськи, вполне вписалась в теперь уже обновленную гостиную. А цепочки кандалов растянули в стороны, воткнув в железные обручи на концах подходящие горшки из кухни.

— Цветов бы еще сюда, и совсем красота, — радовалась переменам Надя под не слышимый никому скрежет зубов и душераздирающие вопли мертвого мага.

Чисто прибранное просторное помещение, правда, теперь казалось несколько пустоватым, но уж точно в нем стало лучше, чем было до этого. Симпатичный ковер, пара кресел, чайный столик и комод, извлеченные из немажоськи, были совершенно новенькие. Предметы явно подбирались отправителями так, чтобы вписаться в любое жилое пространство. Светлое, почти белое, дерево, темно-серая обивка кресел с серебристой вышивкой и пестрый, многоцветный восточный ковер, как яркий акцент, были универсальным вариантом.

Правда, кое-кто так совершенно не считал! Киорензир О’Лоорген просто исходил желчной злобой и ненавистью. Если до сих пор нелепая, слабая человечка без магии просто его раздражала, но несла надежду на освобождение из плена башни, то теперь ее персона затмила собой всех намертво впечатанных в память врагов и даже его убийц.

— Тва-а-арь! — бесновался дух мертвого мага, рыча от бессилия. — Как ты посмела сотворить из храма моего искусства пыток это убожество цвета любимых панталон ее величества Асантех? Будь проклята корона и все племя дроу, возжелавшее презренного мира, вместо того чтобы грызть глотки своим врагам и наслаждаться стонами их мучений!

Так зол Киорензир не был уже давно. А когда человеческая самка самолично поволокла выкидывать с балкона ритуальную чашу, доставшуюся ему еще от прабабки, он даже безуспешно попытался отобрать у паршивки ценный предмет. Эта потрясающая вещь вселяла ужас не меньше, чем он сам, поскольку, наполняясь кровью жертв, издавала такие хлюпанья и причмокивания, что у самого О’Лооргена мурашки бежали по позвоночнику.

Сейчас мертвый маг замер у кровати женщины и прожигал взглядом шапку шаманов, завязанную вопреки всем ритуалам у подбородка тупой тетки.

Он был готов и решительно настроен успеть хоть что-то сделать вандалке, покусившейся на его сокровища. Пробраться в сновидение и жестоко наказать, пока не появился придурок, защищающий мерзкую женщину, этот недоученный шаман-некромант.

— А если улизнуть и затаиться, то можно вполне разжиться сведениями о планах этих глупцов, вообразивших, что со мной так просто справиться, — шептал он, разминая тонкие аристократические пальцы и вспоминая, чем можно по-быстрому причинить невыносимую боль, желательно такую, от которой сразу избавить мерзавку у молодого тролля не получится.

Ничего не подозревающая, но счастливая от проделанного за день Наденька мирно заснула, сжимая в руках выусня, словно плюшевого медвежонка.

Дух мертвого мага подобрался к ней с противоположной от зверька стороны и, злорадно ухмыляясь, осторожненько проник в сон попаданки.

Вот все же было у жаждущего мести Киорензира О’Лооргена какое-то нехорошее предчувствие, и оно древнего мага не обмануло.

Дух и секунды не задержался в сновидении Крохалевой, вышвырнутый оттуда словно гигантской штормовой волной. Все, что успел заметить не на шутку напуганный мерзавец, так это то, что глупая баба ошарашенно застыла столбом посреди самого настоящего шаманского шатра, а в дыму от стоящих по углам курильниц краем глаза зацепил серое лицо неизвестного старикашки, глаза которого полыхнули в сторону О’Лооргена призрачным серо-голубым пламенем.