Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 171 – К. Ф. Шредер

— Это могло бы сделать Кари вашей новой предводительницей, по крайней мере, она приемная дочь дона Немеа и Чичико, – сказал тут Наэль.

Это рассмешило Генджи.

— Клан – это не монархия. Ты знаешь наши правила, райская птичка. Власть можно приобрести только кровью. Чичико это знала, она убила мужа и сама заняла его трон.

— Никто не притронется к Чичико! – прошипела Кари.

— Опять указание. – Генджи скривил изборожденное шрамами лицо в злорадную ухмылку. – Если тебе так уж приспичило отдавать нам приказы, ты должна завоевать право на это. Власть за кровь.

Он взвел курок пистолета, нацеленного Кари в грудь.

Быстрее, чем он успел нажать на спуск или смог среагировать кто-то другой, теневой клинок перерезал ему горло. Рот Генджи раскрылся, из него вырвался фонтан крови. В следующее мгновение его голова скатилась с плеч и со стуком упала на землю.

Тут все боевики-скарабеи направили оружие на Кари и Наэля. Проклятье! Не надо было Наэлю убивать Генджи. Было ясно, что воины-скарабеи последуют за Кари в битву только в том случае, если она завоюет себе место во главе клана. Власть можно завевать только кровью. Если Кари хочет встать во главе клана Скарабеев, она должны либо убить Чичико, либо представиться тем воинам, которые сомневаются в ее предводительстве. Генджи давал ей этот шанс, убежденный в том, что сможет принудить Кари только пулей. И Наэль по незнанию отнял у нее этот шанс.

Но Кари это было безразлично. Она не намеревалась возглавлять клан. Еще до того, как это сделала Чичико, Кари была твердо убеждена, что воины никогда не примут женщину в качестве главы клана. Но еще меньше они бы последовали за посторонним – таким, как Наэль.

— Отойди, – прошипела она Наэлю. И потом вскинула подбородок. Ей нужна была Чичико и войско клана, и был только один путь заполучить то и другое.

— Я принимаю вызов Генджи. Я завоюю кровью управление кланом, как того требует традиция, – сказала Кари и указала сперва на его безжизненное тело, а потом на его отсеченную голову. – Поскольку он больше не может сражаться, я выступлю против любого из вас, кто усомнится в моем праве.

Первые два воина вытянули оружие.

Широкоплечий воин прицелился в Кари.

Она отпрыгнула в сторону, чтобы избежать пули. Покатилась по земле, поднялась до того, как раздался второй выстрел, и ткнула на ходу локтем меньшего воина. Когда его тело качнулось вперед, она вырвала у него оружие, повернулась, стоя позади него и используя его в качестве живого щита. Прежде чем широкоплечий снова смог выстрелить, она нажала на спуск. Воин издал крик, когда пуля вонзилась ему в колено, и осел.

Одновременно Кари держала пистолет у головы меньшего бойца.

— Я принимаю это как признание твоего поражения, – сказала она, кивнув в сторону осевшего мужчины, из ноги которого била кровь. – А как с остальными?

Она щелкнула спуском пистолета, после чего худощавый воин, у лба которого она держала дуло пистолета, тоже опустился на колено.

— Моя кровь принадлежит тебе, Кари Немеа, – пролепетал он.

Трое других последовали его примеру, но еще один, жилистый бритоголовый парень, все-таки вытянул традиционный меч и бросился на нее. Кари нацелила оружие на него и дважды выстрелила, но тот умело уклонился в сторону. Первая пуля пролетела мимо, вторая задела руку, что лишь незначительно замедлило его. Тени Наэля вздыбились внутри него, когда солнечный луч упал на лезвие и заставил его светиться. Он должен был что-то сделать! Помочь Кари.