Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 111 – К. Ф. Шредер

Кари прижалась к стене. Ей нельзя было издать ни звука, даже собственное дыхание казалось ей слишком громким. Что бы ни обсуждали между собой агенты «Горящей лилии», это всегда было важно.

— Но они же оборотни! Они имеют право войти в состав Внешнего Круга, – ответил Чжэ. Это прозвучало обиженно. Кари не оставляло впечатление, что он был великовозрастным капризным мальчиком.

— В принципе, да, хотя нет такого правила, которое говорило бы, когдаон должен с ними встретиться, – ответила его мать Юнаи. – И присутствие предводительницы клана могло бы послужить причиной вообще отказаться от встречи. Как сильно номер 1 настаивал на том, чтобы она присутствовала?

Номер 1? Как и намекала Чичико, Наэль, казалось, стоял к вождю «лилий» ближе, чем другие члены синдиката.

Ведь именно он ответил на вопрос Юнаи Со-Рии:

— Сильно. Он непременно хочет, чтобы Чичико и Йи-Шен Кай встретились.

— Почему?

Тишину, которая последовала за этим вопросом, Кари интерпретировала как замешательство, или пожимание плеч.

— Что же нам делать? Номер 1 ждет, что встреча состоится завтра. Скажем ему, что она перенесена? – спросила Юнаи.

— Мы? – ответил Наэль тем презрительным тоном, который Кари слышала у него уже не раз. Она очень хорошо могла представить себе, как он поднимает бровь и уголок губ ползет вверх в высокомерной улыбке. – Я, например, вообще не должен ему ничего говорить, – ответил он. – Аудиенция не может быть перенесена. Об этом я позабочусь.

— И как ты собираешься это сделать? – спросил Чжэ.

И снова Наэль ответил молчанием, и Кари попыталась себе нарисовать, какого рода молчанием это было на сей раз. Заносчивым, с приподнятым уголком губ? Вопросительным, с пожиманием плеч? Или нервным, с плотно сжатыми губами?

И вдруг она почувствовала прикосновение к руке и резко обернулась. Мелани Травелин стояла перед ней, прижав палец к губам.

— Идем, – прошептала она почти беззвучно и указала в сторону комнаты Кари. Не успела та среагировать, как Мелани взяла ее за руку и повела прочь от голосов. Кари подчинилась. Что бы ни задумала Мелани, это лучше, чем быть застигнутой за подслушиванием и разоблаченной перед всеми собравшимися.

Мелани подвела Кари к ее комнате, открыла дверь и вошла.

— Ты знаешь, что невежливо подслушивать чужие разговоры, не так ли? – спросила она тем легким заигрывающим тоном, какой у нее был в продолжение всего вечера.

— Так же невежливо, как держать здесь кого-то в плену, – ответила Кари и скрестила руки на груди.

— Пленница? Думаешь, ею была ты? – Мелани рассмеялась, потом подошла к окну и распахнула его настежь. Тотчас соленый запах моря наполнил помещение. Ворвался порыв ветра и растрепал волосы Мелани. Она закрыла глаза, расставила руки и вдохнула воздух, якобы упиваясь ощущением ветра.

Потом она сказала:

— Ты пленница Чичико, этого я не отрицаю. Но не моя. И не моей семьи. Так что лети, если хочешь сбежать из темницы.

Она с улыбкой указала на открытое окно. Как будто не знала наверняка, что Кари не в состоянии превратиться самостоятельно. На этот раз Кари фыркнула, даже не сдерживаясь, отчего улыбка Мелани стала еще шире.

— Понимаю, чем ты его взяла, – произнесла она. Медленно подошла к Кари, остановилась перед ней и подняла руку, чтобы пропустить между пальцами светло-розовую прядь волос. – На первый взгляд ты хороша: женственная, особенная. Но на второй… – Пальцы отпустили прядь и погладили Кари по щеке. – Несмотря на все, что ты испытала, ты не сломалась, а стала еще сильнее. Это его наверняка впечатлило. Подозреваю, тебе не так много надо сделать, чтобы обвести его вокруг пальца.