Книга Королева по договору, страница 39 – Людмила Вовченко

Екатерина почувствовала, как внутри выстраивается картина. Не драматическая, не угрожающая, а почти рабочая. Ситуация входила в фазу, где её присутствие мешало слишком многим, чтобы это можно было игнорировать.

В корпорации меня бы сейчас либо повысили, либо перевели, — мелькнула мысль. — Здесь предпочитают третий вариант: аккуратно отодвинуть.

Она усмехнулась про себя. История меняется, механизмы — нет.

После визитов она осталась одна и позволила себе редкую паузу. Села в кресло, закрыла глаза. Мысли текли спокойно, без скачков. Она думала о том, что сделала за эти годы: о женщинах, которые научились считать и хранить деньги; о связях, которые не афишировались, но работали; о привычке решать проблемы не через конфликт, а через пользу.

Если я уйду, — думала она, — это всё не исчезнет. И это их пугает.

В дверь постучали снова, но уже иначе — уверенно, почти официально.

— Entre — «Войдите».

Вошёл человек из королевской канцелярии, молодой, слишком аккуратный для своей должности. Такие обычно стараются понравиться всем и потому редко бывают искренними.

— “Her Majesty is informed that a delegation from Portugal has arrived,” — сказал он. — «Её Величеству сообщают, что прибыла делегация из Португалии».

Екатерина медленно подняла голову.

— Hoje? — «Сегодня?»

— “Yes,” — кивнул он. — «Да».

Внутри что-то щёлкнуло. Не страх. Не радость. Скорее — ощущение совпадения, которое невозможно игнорировать.

— Obrigada — «Спасибо».

Когда он ушёл, Екатерина некоторое время сидела неподвижно. Делегация из Португалии могла означать многое. Формально — визит, формальности, обмен любезностями. Неформально — оценка. Её. Ситуации. Возможностей.

Вот и следующий уровень, — подумала она. — Похоже, пора доставать дальний ящик.

Она встала и подошла к шкафу, где хранились вещи, которые она не показывала никому: записи, образцы трав, несколько тетрадей с заметками по медицине, рецепты мыла и настоек. Не тайники — инструменты. Всё, что может пригодиться, если придётся начинать в другом месте.

Екатерина провела рукой по обложке одной из тетрадей и подумала, что в XXI веке такие вещи назвали бы «портфелем компетенций». Здесь это просто называлось — готовность.

— Inês! — позвала она.

Инеш появилась почти сразу.

— Prepare-me para receber convidados — сказала Екатерина. — «Подготовь меня к приёму гостей».

И добавила, после короткой паузы, уже с иронией, которую Инеш уловила:

— Parece que a minha terra lembrou-se de mim — «Кажется, моя родина обо мне вспомнила».

Инеш улыбнулась — впервые за утро.

— Isso é bom ou perigoso? — «Это хорошо или опасно?»

Екатерина задумалась и честно ответила, переведя и для себя, и для неё:

— Depende de quem fala primeiro — «Зависит от того, кто заговорит первым».

Она посмотрела в зеркало. Оттуда на неё смотрела женщина спокойная, собранная, уже не юная, но и не сломленная. Женщина, которая не знала, чем закончится этот день, но точно знала — она готова.

Екатерина позволила себе всего несколько минут — ровно столько, сколько требовалось, чтобы привести мысли в порядок. В XXI веке она бы назвала это «внутренним брифингом»: кто пришёл, зачем пришёл, что я могу дать и что должна скрыть. Здесь всё было тем же самым, только без слов «брифинг» и «стратегия».

Инеш помогала ей одеваться молча. Платье выбрали тёмно-синее, почти строгое, но с мягкой линией выреза и тонким кружевом по рукавам — португальская работа, не английская. Екатерина сделала это намеренно. Иногда напоминание о происхождении работает сильнее любых слов.