Онлайн книга «Станционные хлопоты сударыни-попаданки»
|
— Надеюсь, вы понимаете, Пелагея Константиновна, что идёте на открытый риск? — О чём вы?.. — Если Фёдор действительно повинен и в какой-то момент проболтается вам, вы окажетесь в огромной опасности. Этого нельзя допустить. Непрошенная улыбка заиграла на моих губах: — Мне приятно, что вы так печётесь об мне, ваша светлость… — А разве я могу иначе? — спросил князь без тени лукавства или заигрывания, и у меня в тот момент дрогнуло сердце. — Что же вы предлагаете, Гавриил Модестович? Упустить такой момент нельзя… — И не должно, — заключил он и добавил: — Я пойду вместе с вами. Глава 39. — Вижу, сегодня вы в приподнятом настроении, Пелагея? — промурлыкал Фёдор, в который раз проходя мимо моего стола, как бы невзначай, без всякой надобности. Он заметил мелькнувшую на моём лице улыбку, которая, впрочем, была адресована совсем не ему, да и вообще — не имела к Толбузину-младшему никакого отношения. Ох, знал бы он, чем в самом деле были заняты мои мысли, может, это отвадило бы его окончательно от моей персоны… Однако знать этого Фёдор, конечно же, не мог. Потому извивался ужом и при всякой удобной (и неудобной) возможности донимал меня своим вниманием. Не было никакого сомнения в том, что он убеждён в нашем общем будущем, по крайней мере, на этот вечер. А вечером сегодня мы как раз должны были идти в театр. Я ждала этого момента, но вовсе не по той причине, какую надумал себе Фёдор. Он ещё не знал, что его ждёт сюрприз, вряд ли приятный… А вот я — знала. И предвкушала всем сердцем. Не для того, чтобы досадить Фёдору, нет. А чтобы… Что?.. Провести ещё немного времени рядом с Вяземским?.. А не слишком ли это глупые и наивные мысли? Мы не останемся наедине, Фёдор продолжит околачиваться рядом и, конечно, не добавить приятного настроения. Да и смысл этого похода состоял отнюдь не в романтике, а в том, чтобы вывести Толбузина на чистую воду. И почему я постоянно забывала об этом? В конце концов, мне предстояло не увеселительное мероприятие, а настоящая работа шпиона, необходимая, чтобы выведать, что на душе у Фёдора. Хотя я и так уже предполагала, что, и совсем не замечала за ним каких-то угрызений совести или страха. Он вёл себя совершенно обычно, ничем не выказывая наличия «тёмных тайн». Неужели всё напрасно? И этот поход станет очередным тупиком в следствии? Я не получу никакого удовольствия ни от театра, ни от общения с Толбузиным… Ну, хотя бы Гавриил Модестович будет рядом… «Чёрт возьми, Пелагея! Хватит уже этих бесплотных фантазий! Разве ты не понимаешь, что инспектор озадачен не любовными интригами, а куда более серьёзными вещами?! О которых ты, между прочим, частенько забываешь!» — разгневанно прорезался во мне внутренний голос, опуская с небес на землю. Тут же захотелось поспорить с ним и заткнуть, покуда всё приподнятое настроение не улетучилось. «Но ведь князь проявлял ко мне знаки внимания! Всегда был вежлив со мной и учтив!» — запротестовала я, опровергая собственные же мысли. «И что?! Уж не путаешь ли ты вежливость и учтивость с романтическими порывами? Очнись! Это банальная ловушка! Ты выдаёшь желаемое за действительное!» «А вот и нет! Вяземский заботится обо мне! Он подарил мне брошку!..» «Ха! Брошку он ей подарил! За тридцать копеек! Не смеши! Ещё скажи, что танцевать с тобой стал не из приличия, а потому что ты ему по нраву! Ты себя в зеркало видела? С той же Варварой тебе не сравниться! Взрослая женщина, а обманываешься как школьница! Если бы Вяземский хоть какие-то виды на тебя имел, не Фёдор, а ОН пригласил бы тебя в театр! И без всяких там шпионских штучек!» |