Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 103 – Эльвина Лейн

— Конечно, Виктория, — соглашается Камалия, но в голосе звучит сомнение. — По-другому и быть не может.

— А зачем советник приходил? Это насчет Леонарда?

Камалия чуть не опрокидывает чашку с горячим чаем.

— По делам суб'баи, — после паузы говорит она и пододвигает ко мне блюдце с печеньем. — Не бери в голову, Виктория. Кстати, Катрин уехала. Наконец-то, в доме стало спокойно.

Я вижу, что Камалию что-то беспокоит, и это связано с советником, но делиться этим она не хочет. Решаю не допытываться. Меня сейчас занимают более важные мысли, чем какой-то там советник.

После ужина я закрываюсь в комнате и достаю из комода карты. Тасую и раскладываю на сером пледе.

Мне хочется узнать, что меня ждет. Откроет ли Роберт портал? Отпустит ли меня Леонард, когда вернется? Сдержит ли он слово или как обычно слукавит?

Я вытягиваю несколько карт и пугаюсь.

Мое возвращение домой может обернуться ошеломительным крахом.

«Неужели Леонард обманет?» — первая мысль.

«Или Роберт не сможет открыть портал?» — вторая.

Вытаскиваю еще одну карту и хмурюсь. Согласно раскладу я остануюсь здесь добровольно, что может произойти только в одном случае: если Леонард не вернется, а я не смогу бросить Камалию одну. Ведь я тоже дала слово.

Тяжело вздыхаю.

Неужели Леонард не вернется? Как же так?

Перемешиваю колоду и снова достаю карты. По спине пробегает холодок: Леонарду грозит большая опасность.

Сердце бьется часто и гулко, а в горле встает колючий ком. Я кидаю взгляд на дверь, а затем встряхиваю головой. Нет, я не могу сказать об этом Камалии. Она так любит и ждет сына. Эта новость разобьет материнское сердце.

Полночи я не сплю, то и дело бросая взгляды на карты. Сон не идет, а тревога только нарастает. Мысли о Леонарде не дают покоя.

Я смотрю на запястья, на которых остался след от пут. Как отчаянно я хотела избавиться от них и от контроля Леонарда, а получив свободу, скучаю по этому несносному суб'баи.

— Как же так, Леонард? Ну как же так? — шепчу, глядя на рассвет. — Ты не можешь не вернуться. Не можешь бросить свою маму одну… И меня тоже.

Мне вспоминается наш поцелуй и то, как Леонард меня обнимал, как успокаивал во время обряда бракосочетания, когда я чуть не поддалась панике.

Я взволнованно вздыхаю, чувствуя, как горят щеки. Закрываю штору и залезаю на кровать. Ворочаюсь с одного бока на другой, пытаясь побороть ворох волнующих мыслей, но ничего не выходит. Картины нашего поцелуя так и всплывают перед глазами.

Засыпаю я только под утро.

Следующие несколько дней проходят в напускном спокойствии.

Мы с Камалией делаем вид, что все хорошо, но внутри ужасно переживаем. Чтобы как-то отвлечься от дурных мыслей, мы занимаемся огородом. Пропалываем грядки, сажаем овощи, убираемся в саду. Работа хорошо отвлекает от тревожных мыслей.

Несколько раз как бы невзначай я спрашиваю, зачем приходил советник, но Камалия молчит, как рыба. И только и делает, что переводит тему.

На двенадцатый день приходит весть, что мятеж подавлен, а зачинщиков арестовали и уже везут в королевскую тюрьму. В городе вовсю идут слухи, что это некто из приближенных короля. Почему люди так считают, никто объяснить не может, но эти слухи растут с каждым днем.

На семнадцатый день начинают возвращаться воины и суб'баи. Небо заполняется драконами, которые летят во дворец. Мы с нетерпением ждем Леонарда. Я жутко волнуюсь за него, даже несколько раз перераскладываю карты, пока они не начинают показывать мне совершенную белиберду.