Книга Когда отцветает камелия, страница 259 – Александра Альва

— Да, но боюсь, что даже твоё тело, уже привыкшее к лисьей энергии, не сможет так долго выдерживать моё присутствие без маски. Лучше я её надену.

Укрыв Эри одеялом вместо хвостов, Юкио отошёл, подбирая проклятый артефакт с пола, и направился к двери, ведущей к пляжу. Приоткрыв бумажные створки, он впустил в душную комнату прохладный ветер и шумно вдохнул.

— Я редко открываю лицо и порой забываю, каков на вкус свежий воздух.

После этих слов та божественная аура, которую Эри ощущала всем своим существом, исчезла, словно кто-то неожиданно накрыл горящую свечу колпаком. Стало понятно, что маска вновь заняла своё место, и акамэ наконец сняла шёлковую повязку с глаз. Темнота, в которую погрузился рёкан с наступлением ночи, казалась теперь слишком привычной: все фонари давно погасли, и даже огни кицунэби больше не летали под потолком. Взгляд Эри зацепился за единственное белое пятно в комнате – нижнее кимоно Юкио, которое тот накинул на обнажённые плечи.

В свете луны хозяин святилища выглядел возвышенно и беззащитно: чёрные волосы струились по спине, доходя до поясницы, а лисьи уши мерцали, ловя блики побелевшими кончиками. Он крутил между тонкими пальцами кисэру, словно собирался расслабиться и закурить, но так этого и не сделал.

Эри улыбнулась новому воспоминанию, неожиданно мелькнувшему в голове: когда-то Юкио перестал курить именно по просьбе Цубаки, и до сих пор она ни разу не видела, чтобы господин Призрак по-настоящему зажигал табак в трубке.

Собирая по крупицам картины из прошлого и рассматривая фигуру Юкио, который ещё долго стоял у приоткрытых дверей и наблюдал за морем, она уснула.

Но сон оказался неспокойным. Сердце продолжало сжиматься от предчувствия чего-то неизбежного, а тёмный след, пропитавший остров, приносил кошмары. Эри преследовали крики чаек и бесцветный мужской голос, повторяющий раз за разом: «Наконец-то!»

Наконец-то!

Проснувшись, она нашла себя в объятиях Юкио, который погладил её по голове и крепче прижал к себе. Жест казался слишком приземлённым и человеческим, но только благодаря этому мрак отступил, и остаток ночи Эри проспала спокойно.

Утром ветер усилился, а небо заволокли тёмные тучи, готовые в любое мгновение обрушить на землю ливень. За ночь вода прибыла, и половину каменной тропинки, ведущей от рёкана к берегу, затопило.

В общем зале гостиницы, где подавали завтрак, не было никого, кроме приезжих из святилища Яматомори. Видимо, в это время года не многие отправлялись в далёкое путешествие к островам Окинавы.

Среди пустых столиков бесшумно проскользила вчерашняя девушка-ёкай, неся на подносе закуски. Она поставила перед гостями миски с дымящимся рисом, тэмпуру¹⁶⁷ с тофу и свининой и тарелку с водорослями уми-будо, напоминающими гроздья небольших ягод зелёного винограда. Пахло изумительно, и все, сложив руки перед собой и поблагодарив за еду, принялись за свой завтрак.

— Как вкусно! – Эри положила в рот очередной кусочек тофу в кляре и прикрыла глаза от удовольствия. – А вы вчера успели попробовать местную кухню?

Она обратилась к Кэтору и Хару, которые сегодня казались слишком молчаливыми. Оммёдзи прочистил горло и многозначительно посмотрел на подругу, а потом ответил:

— Да, поели собу, жаль, что без тебя. Обычно мы всегда вместе ходим по таким ресторанчикам.