Книга Когда отцветает камелия, страница 239 – Александра Альва

Выйдя из бамбукового леса, Эри уверенно ступила на топкую землю болота и углубилась в заросли, где уже слышался тихий шёпот моросящего дождя, что бился о широкие зонтики лопухов гобо. Чем дальше она продвигалась, тем звонче становился шум, среди которого можно было расслышать заунывный вопль ёкая.

Нога увязла в грязи, и Эри остановилась. Положив чемоданчик на предплечье, она расправила на твёрдой поверхности чистый лист и занесла над ним кисть. Неподалёку зашуршал на ветру камыш, и художница обернулась в сторону звука, пытаясь увидеть ту же размытую тень, что и на своей картине, но там никого не было.

От духоты капельки пота начали скатываться по вискам Эри, и она медленно двинулась дальше, готовая в любой момент провести новую тёмную линию на бумаге. Впереди уже виднелся тот самый скользкий камень, на котором сидела покрытая водорослями женщина, и, как только Эри приблизилась к ней, наступая на влажные скрипучие ветки, ёкай обернулся. По бледному лицу стекала грязная вода, глаза опухли от бесконечного плача, а синие губы дрожали, изгибаясь в ужасающей улыбке.

— Кто вернёт мне моего любимого?

Эри почувствовала, как по спине, и без того влажной от духоты болота, пробежал холодок. Тут же представив в голове дорожку из соли, которой оммёдзи обычно отгоняли низших духов, она опустила кисть на бумагу, и стоило капле туши коснуться листа, как на нём, опоясывая ёкая, нарисовался круг. Подняв взгляд, Эри увидела, что и в реальности плачущая женщина с улыбающимся лицом замерла: она оказалась запертой внутри барьера из соли, появившегося словно из ниоткуда.

— Жжётся! – запричитала болотная дева и села обратно на камень, подтянув ноги к груди и пряча голову между коленями.

— Прости, – прошептала Эри и услышала высокий свист.

Что-то пролетело мимо её лица, оставив неглубокий порез на скуле, а одежда в мгновение ока покрылась тёмными брызгами дождя.

Развернувшись, художница вновь опустила кисть на бумагу, и перед ней, подчиняясь воле акамэ, вырос тростник, полностью скрывший Эри от противника, что засел в камышах. Тушь, которую она набрала на толстую кисть, уже заканчивалась – оставалась лишь одна возможность использовать свою новую способность.

Выглянув из-за созданных зарослей, Эри заметила тень, медленно плывущую за высокими зелёными стеблями, и приготовилась заточить её в ловушку для ёкаев, но не успела. Из-за туманной завесы вылетела прозрачная стрела, сотканная из дождя, и выбила кисть из рук. Созданные магией тростниковые заросли завяли в ту же секунду, превращаясь в жухлые листья, стелющиеся по земле, а соль, удерживающая причитающего ёкая, растворилась в болоте.

Эри упала на колени без сил и вытерла лоб рукой – метка акамэ снова кровоточила, а глаза слезились от хлынувшего к лицу жара.

— Сегодня получилось гораздо лучше! – сказала Амэ-онна и выплыла из-за зарослей камыша, даже не касаясь босыми ногами болотистой земли. – Но тростник против водяных стрел – не лучшее решение.

— Это первое, что мне пришло в голову, – ответила Эри, подбирая упавшую кисть и бумагу. – Я ещё не успела изучить все приёмы против ёкаев, которые описаны в «Искусстве инь-ян».

— Здесь любые средства хороши, главное – выжить. И всё же, цветочек, твои способности на порядок выше, чем у тех акамэ, которых я встречала раньше. Видимо, гребень увеличил твою силу, да и ты сама глубоко проникаешь в суть вещей.