Книга Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1, страница 165 – Александра Альва

— Я понесу их по очереди, а ты следи, чтобы талисман оставался на лбу! – сказал Принц Ночи и поднял тело отца без какой-либо брезгливости и с такой лёгкостью, словно то не весило и ляна^[121]. – Во всех семейных гробницах заклинателей похожее устройство: уже при жизни для члена семьи заготавливается место, так что нам будет куда уложить всех цзянши.

Такая традиция действительно была распространена по всей империи Чжу, поэтому Мэйфэн кивнула, не беспокоясь об этом, и внезапно закашлялась. Пришлось отвернуться, чтобы Принц Ночи не увидел её побледневшего лица. После захода в тень и падения с дерева ей стало хуже, а здесь, на пике Юнфэй, боль окончательно возвратилась и снова сковала внутренности, не давая свободно дышать. Наверняка дело было в остатках тёмной ци, что незримо присутствовали повсюду.

Вытерев уголки губ, Мэйфэн посмотрела на Ван Юна: он ничего необычного не заметил, ведь занимался одеревеневшим телом цзянши, руки и ноги которого совершенно не сгибались. Она медленно вдохнула через нос, проверяя, проходил ли воздух в грудь, и присоединилась к Принцу Ночи, одной рукой придерживая жёлтый талисман на лбу отца, а другой освещая путь с помощью лунного камня.

Целитель Ши Янхэ предупреждал её ещё в деревне Юэ, что при проявлении старых признаков болезни нужно было сразу же принимать пилюлю, но сейчас она не могла бросить ритуал упокоения, поэтому вместе с Ван Юном прошла в гробницу, вскоре позабыв о сумке с лекарствами.

Тяжёлая дубовая дверь, служившая раньше защитой от расхитителей чужих богатств, лежала у входа, проломленная чем-то тяжёлым и снятая с петель. Внутри царил такой же мрак и запустение, как в доме клана Фэн: каменные сокровищницы, в которых должны были храниться личные вещи отошедших в Обитель мёртвых заклинателей, стояли пустыми, как и все алтари. И даже высокое изваяние Последнего небожителя Юнфэя, что находилось в глубине погребального зала, оказалось лишённым головы и руки.

Пройдя вдоль десятков углублений в стене, Мэйфэн вскоре нашла тёмную табличку с нужным именем, выписанным золотой краской. Это место приготовили для отца ещё тогда, когда он обрёл титул главы школы, и теперь Фэн Личэну предстояло занять его навсегда.

— Остальные предки лежат в богато украшенных гробах, – заметила Мэйфэн, заглянув в углубление, что находилось выше. – Не обидятся ли души моих родителей на такую несправедливость?

— Они много лет были привязаны к своим гробам, вынужденные возвращаться к ним каждое утро! – ответил Ван Юн и осторожно уложил твёрдое тело мужчины на место. – Накроем их тканью, думаю, это лучшее, что мы можем сделать. Тем более я чувствую здесь следы сильной техники, словно лёгкий свежий бриз… Наверняка твои предшественники позаботились, чтобы тела не разлагались как можно дольше.

Такое объяснение успокоило Мэйфэн, да и вряд ли на руинах падшей заклинательской школы они бы нашли теперь дорогие гробы, достойные главной ветви семьи Фэн.

Принц Ночи снова вышел наружу и без промедления перенёс друг за другом остальных цзянши, закончив самым последним мертвецом – младшим сыном дяди, которому на вид казалось не больше десяти лет. Когда и он нашёл вечное пристанище в этой гробнице, первый луч нового дня пробился сквозь мрачный вход, освещая пыльный каменный пол.