Онлайн книга «Три нити Поднебесной»
|
У берега то и дело играли камешками жабоподобные существа с перепончатыми лапами, но Сэйдзю-сама сказал ей не бояться духов в его владениях, поэтому Югао с уважением кланялась им и проходила дальше. На удивление, никто и вправду не нападал на девушку, словно все понимали, что она гостья их господина. Когда солнце поднялось высоко над головой, а шум воды стал громче, Югао прибавила шаг, шлёпая босыми ногами по мелководью. Жара стояла нещадная, отчего принцесса подвязала подол кимоно, чтобы поглубже зайти в реку. Здесь никому не было дела до её поступков, поэтому иногда она нарушала предписания аристократов, ощущая, как же свободно дышится, когда вокруг лес и горы, а не четыре стены внутренних покоев. Не прошло и половины часа, как быстрое течение подсказало ей, что пора выбираться на берег. Югао ступила на горячие камни, подойдя к краю не слишком высокого водопада, над которым висела яркая радуга. Внизу речка превращалась в заводь и утекала ручьями в глубину чащи, а впереди до горизонта простирались гряды зелёных гор. Она не смогла сдержаться и крикнула: — Как же прекрасно! Эхо её тонкого голоса раздалось над склонами и ещё долго звучало где-то среди деревьев. Югао опустилась на колени вместе с бивой, которую всю дорогу несла на спине, и достала из-под струн старую деревянную пластинку. Уже скоро наступит праздник почитания Ояма-но кими, а она всё ещё не решила, что сыграет на таком важном торжестве. Какую пьесу выбрать? Всё казалось неподходящим для Сэйдзю-сама. Торжественные песни, исполнявшиеся при дворе, или же баллады о сражениях прошлых веков не отражали того, кем на самом деле являлся кирин, покровитель Вакоку. Вода с гулом ударялась о камни, над головой шумел ветер, беспокоя ветвистые кроны, что склонялись над обрывом, и где-то совсем рядом мирно пощипывали траву олени. Все эти звуки сливались в одну историю, которую Югао захотелось рассказать людям, жившим там, в мире за пределами долины. Она провела пластинкой по струнам и прикрыла глаза, наслаждаясь мягкими переливами рождающейся мелодии. Если и играть в честь Сэйдзю-сама, то стоит вложить в выступление всю свою искренность. Что-то невесомое задело её волосы, и Югао, не переставая нежно касаться струн, распахнула веки: вокруг неё собрались те же белые огоньки, которые плавали рядом со священным деревом в чаще. Они издавали еле слышный стрёкот и кружили словно в танце, соединяясь в длинные цепочки вокруг принцессы. — Вам понравилась моя мелодия? – спросила Югао, всё же прервавшись, чтобы поприветствовать лесных духов. Протянув руку, она дотронулась до стайки светлячков, и те не испугались, как прежде, а прильнули к ладони, разгораясь ещё ярче. Олени, что пришли с ней к водопаду, тоже оживились и принялись бегать по камням наперегонки с огоньками. Югао улыбнулась, и бива в её руках снова издала протяжный звук. * * * На закате она вернулась в долину, и когда вдалеке уже появились очертания хижины, утопающей в алых солнечных лучах, навстречу Югао вышел Сэйдзю-сама. После нескольких случайных свиданий у реки она и сама не заметила, как стала с нетерпением ждать вечера, чтобы вновь увидеться со своим покровителем, который навещал её каждый день. Ветер доносил до принцессы уже знакомый перезвон колокольчиков, которые кирин носил на рогах, и она, немного помедлив, помахала ему рукой. Грудь заполнило нечто тягостное, но приносящее наслаждение. С тех пор, как Югао осознала, что Сэйдзю-сама принял человеческий облик у священного дерева, пусть тогда всё и заливал свет, она больше не могла воспринимать его только как горного духа. |