Книга Золушка. Перезагрузка, страница 46 – Ямиля Нарт

— Вы ничего не можете не позволить, — парировала я, и в моем голосе зазвучали стальные нотки. — Юридически вы для меня — никто. А что касается дел… — я позволила себе едва заметную, холодную улыбку, — я только что подписала весьма выгодный контракт с мануфактурой «Масло и К°».

При этих словах глаза Карэн расширились, а в их глубине вспыхнул знакомый по прошлым встречам огонек чистейшей алчности.

— Контракт? — переспросила она, и в ее голосе прозвучали нотки чего-то странного. — Что ты могла продать? Какую-то выдумку своей матери? Ее безумные теории?

Ее слова прозвучали как-то слишком лично, слишком осведомленно. Воспоминания о дневнике Лисандры, о таинственной «К», с которой она советовалась о магической пыли, всплыли в сознании с новой, оглушительной силой. И тут все сложилось в единую, ужасающую картину.

Я не сказала ничего. Просто смотрела ей в глаза, пытаясь осознать новую мысль. Она отвела глаза первой, резко развернувшись к дочерям.

— Пойдемте, девочки. Нас ждут в салоне. Нечего здесь пачкать платья уличной пылью и общаться с кем попало.

Они удалились, оставив после себя шлейф тяжелых, удушающих духов и чувство глубокой неприязни. Я стояла, глядя им вслед, и сердце мое колотилось от осознания. Она знала. Она знала об исследованиях Лисандры. Она была той самой «К».

Позже, когда мы с Виктором заезжали на рынок за провизией — мешками муки, сахара, крупы и свежими овощами, — я осторожно спросила его об этом.

— Виктор, мои мама и мадам Тревис были знакомы до замужества отца?

Старый шофер нахмурился, глядя на лошадей, аккуратно объезжая телегу с сеном.

— Еще как, мисс Элис. Они были неразлучны, как сестры. Карэн и Лисандра. Из хороших, но небогатых семей, часто гостили друг у друга, вместе ездили на светские рауты, мечтали о блестящем будущем… Ваша мать даже прививала ей любовь к травам и зельям, делилась своими открытиями, хоть у мадам Тревис и не было к тому особого дара, — он помолчал, тяжело вздохнув. — А потом… потом появился ваш отец. Молодой, успешный, красивый. И все изменилось. Он выбрал Лисандру. А Карэн… Карэн этого не простила. Ни ей, ни ему. Ревность — страшная сила, мисс.

Так вот оно что. Любовь, ревность, предательство. Старая как мир история. И теперь эта женщина, когда-то бывшая лучшей подругой моей матери, ненавидела меня как живое напоминание о ее счастье и своем поражении. И, возможно, именно она стояла за тайной магической пыли, которая, как я все больше подозревала, стоила Лисандре жизни.

На обратном пути мы заехали в большую городскую аптеку — купить недостающие ингредиенты для будущих кремов: эфирных масел, воска. И именно у дверей аптеки, в тени большого каменного фасада, я увидела ее. Молодую девушку, лет двадцати пяти, которая тихо плакала, прислонившись к шершавой стене. Ее одежда была бедной, но чистой, а лицо… лицо и открытые участки шеи и рук были обезображены ужасной сыпью — красными, воспаленными, мокнущими пятнами, местами покрытыми грубой корочкой.

— Уходи, девка! Я же сказал! — крикнул из дверей аптекарь, толстый мужчина в заляпанном фартуке, с лицом, красным от раздражения. — Пугаешь почтенную публику! Ищи знахарок в трущобах, если на нормальное зелье денег нет!

— Но у меня… у меня ребенок болен, — всхлипывала женщина, стараясь прикрыть лицо краем платка. — У него такая же сыпь… ему нужна микстура, чтобы не чесалось… а у меня не хватило денег… я думала, может, в долг…