Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 128 – Натали Карамель

К полудню ветер усилился, снег повалил гуще, залепляя глаза.

— Надо искать укрытие, — крикнул Алесий, перекрывая вой ветра.

Альдор кивнул, прищурился, вглядываясь в белую мглу. Потом резко свернул влево, к скальной гряде, которую Илания даже не заметила.

— Там пещера. Я там ночевал года три назад.

Она была. Узкий лаз, расширявшийся внутрь в небольшой грот — тесный для четверых, но сухой и без ветра. Альдор быстро развёл костёр, Алесий натаскал камней, чтобы закрыть вход от сквозняка. Латия, не жалуясь, достала сухой паёк и принялась разогревать похлёбку.

Илания сидела, привалившись к камню, и чувствовала, как дрожит каждая мышца. Но главное — она чувствовала холод. Не внешний — внутренний. Магия, которую она бессознательно тратила на согрев, утекала из неё, как вода из дырявого ведра.

«Неэффективно, — подумала она. — Я трачу ресурс впустую. Капитан такого бы не допустил».

Альдор, словно услышав её мысли, подсел ближе.

— Замерзаешь? — спросил он негромко.

— Нет. — Она мотнула головой. — Но магия… я грею нас, и она уходит слишком быстро.

Он кивнул, будто ждал этого.

— Геля когда-то учила меня одной штуке. Энергосбережение.

Илания подняла бровь.

— Рассказывай.

Он уселся напротив, так что их колени почти соприкасались.

— Когда я иду в долгий рейд, нельзя тратить силы на рывки. Нужно двигаться так, чтобы каждый шаг приносил пользу, а не сжигал ресурс. Геля объясняла это на примере печи. — Он помолчал, подбирая слова. — Если печь открыта, тепло уходит в трубу. Если закрыта заслонка — тепло остаётся внутри и греет дом часами.

Он взял её ладонь, перевернул тыльной стороной вверх.

— Ты сейчас — открытая печь. Ты генерируешь тепло и выбрасываешь его наружу. А надо… — он накрыл её ладонь своей, и тепло его руки было таким явным, таким плотным, что Илания на миг забыла дышать. — Надо создать оболочку. Внутри — жар. Снаружи — холод. Но жар не уходит, потому что ты не пускаешь его. Представь, что твоя кожа — это камень. Толстый, плотный. Он держит тепло внутри.

Илания закрыла глаза. Попыталась представить.

Её внутренний реактор гудел ровно, как всегда. Она мысленно провела границу — вот здесь, под кожей. Приказала теплу не выходить наружу, а оставаться внутри, циркулировать, греть кровь, органы, мышцы.

Получилось не сразу.

Сначала тепло рвалось наружу, как норовистый конь. Она снова и снова возвращала его, утрамбовывала, убеждала.

А потом что-то щёлкнуло.

Илания открыла глаза и увидела, как пар от её дыхания перестал таять в воздухе. Вокруг неё, в радиусе примерно двух метров, снег начал подтаивать.

— Получилось, — сказала она тихо.

Альдор улыбнулся — той самой редкой, почти незаметной улыбкой.

— Теперь ты — ходячая печка, — сказал он. — Только береги заслонку.

Латия, почувствовав тепло, пододвинулась ближе. Алесий, не оборачиваясь, чуть расслабил плечи.

Ночь опустилась на горы быстро, как падает камень.

Ужин съели молча — похлёбка, сухари, вода. Алесий вышел наружу проверить периметр, вернулся через полчаса, отряхиваясь от снега.

— Чисто. Но звери есть. Следы.

— Волки? — насторожилась Илания.

— Крупнее. — Алесий переглянулся с Альдором.

Латия, услышав это, только поджала губы и достала из мешка лишний платок — замотала горло поверх шарфа. Ни слова упрёка, ни вопроса. Просто готовность.