Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 126 – Натали Карамель

«Но пришли другие. Те, кто увидел в этом выгоду. Кто понял: если запретить магию для всех, но оставить для себя — можно стать богами. Они назвали себя стражами порядка. Они говорили, что магия опасна. Что её нужно контролировать. Что простым людям она ни к чему».

Картинка сменилась. Костры. Люди в мешках, привязанные к столбам. Крики.

«Их казнили тысячами. Тех, кто отказывался забыть. Кто учил детей. Кто хранил книги. Магию страшились. Магию проклинали. Ею перестали пользоваться, и канал истончался с каждым поколением, потому что сила требует движения, как река требует течения».

Илания чувствовала эту боль. Эту потерю. Она сама пришла из мира, где магия была точной наукой, где ею владели лучшие. И теперь понимала: её мир был не началом. Он был возрождением после долгого забвения.

«Но не всё уничтожено. Есть места, где сила не ушла. Где она спит, запечатанная теми, кто не хотел отдавать её убийцам. Ищи вход. Там сила ещё жива».

Буквы вспыхнули ярче и погасли.

Илания открыла глаза.

Свеча догорела, фитиль дымил чёрной струйкой. За окном серело небо — близкий рассвет.

Дневник лежал раскрытый на той же странице. Буквы были обычными. Тёмными. Мёртвыми.

Но Илания знала: это был не сон.

Внизу уже было шумно.

Голоса, звон посуды, запах жареной рыбы — таверна просыпалась раньше всего порта. Илания спустилась.

Альдор и Алесий сидели за дальним столом, склонившись над картой. Перед Альдором стояла кружка с водой, перед Алесием — пустая, из-под утреннего отвара. На столе горела свеча — хотя солнце уже заливало залу, здесь, в углу, было темновато.

— Садись, — Альдор поднял голову и кивнул на лавку рядом. — Как раз тебя ждали.

Илания села. Карта была та же, что вчера показывал Торвальд, — с отметками, крестами и пометками, сделанными рукой Альдора.

— Смотри, — он ткнул пальцем в точку на севере, у подножия Серых гор. — «Плачущий утёс». Место, про которое старики в порту шепчутся. Говорят, туда даже звери не ходят.

— И люди, соответственно, тоже, — добавил Алесий. — Ни охотников, ни дровосеков, ни беглых. Пусто.

Альдор провёл линию от Порта Креп на север, вдоль берега.

— Три дня. Может, четыре, если погода испортится или дороги развезёт. Первый день — ещё люди, сёла, тракт. Второй — лес начинается, дичь, глухо. Третий — предгорья. Там уже никого.

— А четвёртый — утёс, — закончила Илания.

Альдор кивнул.

— Что там искать — пока не знаем. Но Торвальд сказал: старые карты отмечают это место как «закрытое». Значит, есть что закрывать.

Илания молчала.

Она знала теперь больше, чем они. Знала про вход. Про силу, которая спит под камнем. Про тех, кто ждёт.

Но рассказывать не стала.

Не потому что не доверяла. А потому что сначала нужно было понять самой. Убедиться, что видение — не игра уставшего мозга. Что дневник не врёт.

— Согласна, — сказала она коротко. — Когда выступаем?

Альдор и Алесий переглянулись.

— Я говорил, — осторожно начал Алесий, — Латии бы отдохнуть. День-два. Дорога вымотала, хоть и не признаётся. Пусть поспит по-человечески, в себя придёт.

— Два дня, — согласилась Илания. — Запасы пополним. Снаряжение проверим.

Альдор свернул карту, убрал в чехол.

— Тогда послезавтра с рассветом. Я проверю лошадей, подковы, сбрую. Алесий, на тебе припасы.

— Геля не пойдет с нами? — спросила Илания.