Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 102 – Натали Карамель

Второй, с мечом, замер на мгновение в шоке, но потом ринулся вперёд. Илания отшатнулась, чувствуя свист клинка у лица. Её сердце колотилось, но разум был холоден. Она представила сгусток энергии, маленький, плотный, раскалённый, и метнула его от себя.

Огненный шар, размером с теннисный мяч, со свистом пронёсся по воздуху и ударил нападавшему в грудь. Не прожёг доспех, но удар был таким, что тот отлетел на пару шагов, закашлявшись от боли и шока.

Со стороны Алесия раздался крик. Он бился с двумя, отбивая удары, но третий, с фланга, занёс нож, целясь ему под лопатку.

Илания, не раздумывая, снова применила «невидимую руку». Она не давила, а подбросила нападающего. Он с удивлённым воплем взмыл на метра два в воздух и грузно шлёпнулся на землю, потеряв на время дыхалку.

Но они были в меньшинстве. Один из стрелков, видя, что дела плохи, прицелился из лука прямо в Иланию. Она его заметила, но была занята другим противником. Мысленно она попыталась сбить стрелу потоком воздуха, но не успевала, концентрация была распылена…

В этот момент из чащи леса, справа и выше по склону, раздался сухой, короткий, безошибочный щелчок тугой тетивы арбалета.

Стрела не полетела в Иланию. Тяжёлый болт с широким наконечником с глухим звуком вонзился в плечо лучника. Тот вскрикнул, выпустил стрелу впустую и упал, корчась от боли.

Все замерли на секунду. Из-за ствола вековой ели на тропу шагнул он.

Альдор.

Он не был в доспехах. Только дорожный плащ поверх тёмной одежды, за спиной — арбалет, у пояса — длинный меч в простых ножнах. Он двигался легко, бесшумно, как большой хищник. Его красивое лицо было спокойно, но глаза, те самые холодные, зимние глаза, горели сфокусированной яростью. Он не смотрел на Иланию. Его взгляд скользил по оставшимся нападавшим, оценивая, рассчитывая.

Оставшиеся в живых бандиты, увидев нового, явно профессионального противника, потерявшего одного стрелка с одного выстрела, дрогнули. Их слаженность рухнула.

— Отходим! — хрипло скомандовал один из них, и тени начали отползать, таща раненых, растворяться в лесной чаще так же быстро, как и появились.

Наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием Алесия, всхлипами Латии из кареты и отдалённым стоном раненого лучника.

Альдор не стал преследовать. Он медленно опустил арбалет, взвёл механизм для следующего болта и только потом повернул голову к Илании.

Его взгляд скользнул по ней, по Алесию, по одному из оглушённых её «невидимой рукой» бандитов, который начинал шевелиться. Без всякой суеты Альдор подошёл, наклонился и точным ударом рукоятки арбалета отправил того обратно в беспамятство. Действие было быстрым, эффективным и беззлобным — просто констатация факта: угрозы быть не должно.

Только затем он снова посмотрел на Иланию. Взгляд его был всё тем же — оценивающим, проницательным. Но теперь в нём читалось не просто любопытство, а… профессиональная оценка, граничащая с уважением.

— Неплохо, — произнёс он наконец. Его голос был низким, немного хрипловатым, и звучал он так, будто констатировал погоду. — Для того, кто не воин по ремеслу. Но оставлять лучника в строю — роскошь, которую на перевале не позволяют.

Он говорил не как спаситель, пришедший на выручку беспомощной даме. Он говорил как тактик, разбирающий действия другого тактика после учебных манёвров. И в этом отсутствии пафоса, в этой сухой констатации «неплохо, но могло быть лучше» было больше чести, чем в любом рыцарском поклоне.