Книга Контракт на любовь, страница 29 – Лолита Моро

— Да! — с вызовом подтвердила младшая сестра. Поелозила по мне голой спиной и попой в коротеньких шортах. Обхватила себя моей рукой крепче. — Эдик! Я тебе зачем столько бабосов отписюлила?!

— А что такое? — невинно поинтересовался павлин.

Мне стало интересно. Я поддакнул:

— В самом деле!

— Ты мне зуб давал, что Захар больше к моей старшей сестре не подклеится! А на деле, что? Или гони назад деньги, или иди дело делай!

Я перевел взгляд с барышни на Эдика. Ну?

— Все под контролем, пупсик!

Павлин щелчком отправил окурок в набежавшую волну и объяснил на народном русском, мол, Захар забежал на мель по глупости и ему надо малость подоить глупую Дианку. Алиске следует потерпеть пару дней, потом все будет тип-топ, в хомут ее возлюбленный не собирается.

— Я не хочу терпеть! — топнула босой ножкой Алиска и попыталась пристроить ледяные ладошки мне на грудь. — Я замерзла, Белов.

— Если замерзла, иди в салон, — сказала я. Отодвинул барышню от себя и хотел открыть дверь.

В ярко освещенном зале Захар элегантно танцевал с Дианой. Раз-два-три-четыре…

— Спорим, я трахну его через десять минут? — сквозь зубы процедила Алиска. Злая и белая, как полотно.

— Где? — небрежно спросил Эдик.

— В подсобке, — девушка махнула рукой.

— Чирик, — поставил деньги павлин.

— Идет.

Азартные люди ударили по рукам.

— Время пошло, — объявила младшая сестрица и ринулась в кают-компанию.

Я машинально посмотрел на часы над барной стойкой.

— Давай примем по стакану и пойдем в подсобку, — предложил мой закадычный уже приятель, доставая квадратную бутыль из-за перегородки.

— Зачем в подсобку? — я не понял.

— Поглядим. Весело же, — ухмыльнулся павлин, протягивая мне виски первому.

Я сделал пару хороших глотков и пошел.

Ничего веселого я не увидел. Я вообще не понял, зачем повелся на предложение мудака павлина. Что веселого может быть в чужом сексе? Здоровенный мужик за сто кэгэ пялит стоя девчонку вдвое меньше себя. Пялит — громко сказано. То ли алкоголь его гасит, то ли уже на старшей сестре силенки оставил? Не впечатлил Захарка не партнершу, ни нас с Эдиком. Мы глотнули с товарищем еще по полтиннику Черного Уокера, и я пошел разочарованно вон. Не прячась, напролом, мимо перетаптывающейся парочки.

— Ах ты сволочь! — сказал в возмущении запыхавшийся яхтсмен. — Дрочишь втихаря? Не дают тебе девчонки, так ты подсматриваешь?

Тут меня накрыло. Обидно как-то стало. И ваще. Что он о себе вообразил? Алиска прыгнула мне на плечи. Не помогло, да я и не заметил барышню сначала. Сначала прямой в челюсть правой. Потом левой. Потом снизу, потом в корпус. В солнечное сплетение. И снова в лицо.

Алиска лупила меня по плечам кулаками и визжала, как поросенок. Павлин забился в угол и тоже орал:

— Он убьёт его! Я точно знаю!

Ледяная тяжелая струя из пожарного брандспойта ударила в грудь и отрезвила. Я подставил воде голову и красные руки.

Матрос и официант слажено давили на ручки насоса. Второй матрос поливал сидящего на полу хозяина яхты. Прибежала Диана и прекратила отрезвляющие процедуры. Присела на корточки рядом с любимым мужчиной и что-то быстро говорила. Тот отрицательно мотал головой.

— Через десять минут будет причал. Я тебя высажу, — негромко сказал мне моряк в белом кителе с золотыми пуговицами.

Я лил водку на поцарапанные руки и в глотку и не возражал.