Книга Контракт на любовь, страница 18 – Лолита Моро

«Ты говоришь мне о любви, а разговор напрасно начат. Слова я слушаю твои, но ничего они не значат» — побежали буквы по экрану. И я запел:

— Может ты на свете лучше всех, только это сразу не поймешь. Одна снежинкааа…

Мне нравилось петь. После сегодняшних приключений, хороших и разных, петь тянуло однозначно. На втором куплете я уже прилично попадал в слова и ноты. Когда песня повернула на второй круг, дамы смахнули набежавшую слезу и подхватили меня стройными тонкими голосами. На четвертом круге снежинок одна старая ведьма ушла в погреб за чем-то нужным и пропала. Вторая запыхалась и присела отдохнуть.

Внук сказал сочувственно:

— Беги, парень, пока не поздно.

Я кивнул благодарно, не уточняя про «поздно», и, продолжая солировать в микрофон, спустился в сад. На скамейке я нашел ключ от «мустанга» и карту. Но шорт, ни рубахи обнаружить не удалось. Но что мне одежда, когда есть юбка-шотландка из салфеток! Я плюхнулся голыми яйцами на прохладную кожу сиденья и погнал автомобиль в сторону виллы мамзель Орловой.

— Доброе утро, — сказал я, усаживаясь за стол.

— Добрый день, — поправила меня Тамара Владимировна. — Будешь обедать?

— Жрать хочу, как людоед! — признался я, закладывая салфетку за борт халата. — Неси все.

— Да уж, поесть ты не дурак. И поспать…, — начала гоничная.

— А что еще делать? — я пожал плечами. — других занятий нет.

— А ты взял бы и спросил, мол, ничем тебе помочь не требуется, дорогая? — ворчала занятая женщина, накрывая на стол. — Ладно, что хоть не бухаешь по-черному. От безделья и не такое на ум придет. Ты у нас скоро на стены полезешь от сытой кормежки и скуки.

— Хорошо, — я опустил ложку в щи, — чем тебе помочь, дорогая?

Взрослая женщина скоро нашла мне применение в хозяйстве. Я отремонтировал поливную систему. Целый час убил. Потом газонокосилку. Потом нашел в гараже старую косилку, бензиновую с посадочным местом. Через час улица вздрогнула от оглушающего треска: я поехал косить газон верхом на чудо аппарате.

— Прекрати! — кричала кухарка, гоняясь за мной с гигантскими кулинарными щипцами. — Выключи! Всех соседей поднимешь на ноги!

Я плавно уходил от погони. Потерял мешок для скошенной травы. Та летела во все стороны, гробя мои уборочные усилия.

— Вадик! Жопу надеру! — угрожала мне Тома, держась рукой за сердечный бок.

— Спасибо, любимая! — орал я, перекрывая треск двигателя, — хоть кто-то имеет ко мне интерес!

Наконец я въехал в живую изгородь между виллами и заглох.

Тамара потрясла жуткими щипцами над головой:

— Иди-иди сюда, механик недоделанный, я с тобой разберусь!

— Хочешь, я тебя покатаю, золотая моя? — ржал я, выковыривая аппарат из колючих веток.

— Хочу, — раздалось в двух шагах приятное контральто.

Я присмотрелся.

По ту сторону границы мне улыбалось прелестное существо подходящей наружности и возраста. Огромная синяя шляпа и крошечное бикини довершали идеальный образ блондинки.

Я поздоровался. Я, со свойственным мне армейским юмором, объяснил, почему горничные могут управлять газонокосилками, а красавицы нет. Я почти доверил соседке секрет, куда уходит нижний край моей татуировки на животе. Я получил приглашение выпить стаканчик прохладительного в соседнем саду. Я отказался. Разочарованная женщина обиженно заявила, что, если я еще раз заведу свой драндулет, она напишет на меня заяву участковому.