Книга Между прокурором и бандитом, страница 39 – Бетти Алая

Агрессивная, задиристая.

— Чего тебе? – резко разворачиваюсь.

Ксюха со своей сворой приближается ко мне. Солнце уже садится, скоро отбой. Я должна быть в комнате. После нашей с Арсом и Рином очередной выходки дядька Степан обещал ночь в карцере.

— Ты что за Ринатом таскаешься? – меня окружают. Ксюха сплевывает. – Может, и ночами в их комнату бегаешь, ммм?

Она сильно пихает меня, но я держусь. Почему-то так получилось, что я на особом счету у руководства. И не в хорошем смысле. Лучше в драки не ввязываться.

— Не лезь ко мне, – стараюсь говорить спокойно, – иначе пожалеешь.

— Вот как? – усмехается Ксюха. – Рин мой. А ты здесь зачем? Весёлая, компанейская, которая всегда под рукой, чтобы их развлекать? Думаешь, они тебя за человека считают? Ты просто удобная, Маргаритка.

— Рин не вещь, Ксюшенька, – насмешливо произношу. – Если он со мной, а не с тобой, то потому, что ему так интереснее. А не потому, что я кого-то «развлекаю».

Делаю шаг в сторону, но меня хватают за ветровку и сильно дергают назад. Раздается предательский треск. Черт! Это же моя единственная куртка, идиотки! Внутри что-то щелкает.

Первым же ударом в переносицу я ощущаю, как хрустнул нос под костяшками пальцев.

Мысли испаряются, остается только знакомая мышечная память: блокировать толчки в спину, бить локтем в живот ближайшей и яростно вырываться из захвата, чувствуя, как рвется рукав куртки.

Мне терять уже нечего.

Но их больше, так что девчонки наваливаются толпой и начинают меня пинать. Спустя несколько минут я уже не могу встать…

— ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ? – раздается рык дядьки Степана.

— Валим! – девки скрываются за углом, а я остаюсь лежать в луже.

— Опять ты, Маргарита? – мужик возвышается надо мной. – Мало я тебя в прошлый раз проучил?

— Я шла в свою комнату… – бормочу, обняв себя руками и скрючившись в позе эмбриона. – Живот болит.

— А не надо нарываться, – спокойно и равнодушно говорит дядька Степан. – Сама виновата.

Эту ночь я провела в карцере без медицинской помощи. А наутро меня забрали в больницу из-за внутреннего кровотечения.

Стряхиваю с себя гадкие воспоминания. Я больше никому не позволю себя окружить. Никогда! Вздергиваю подбородок. Надеваю маску ледяной королевы. Так проще. Безопаснее.

Спускаюсь и сажусь в свою малышку. Поглаживаю руль. На все заработала сама. Я вырвалась из нищеты. Своим умом, своим талантом.

Вжимаю педаль газа в пол.

Быстро добираюсь до работы. Смотрю на мобильный. Андрей не пишет. Давлю горечь, подбирающуюся к горлу.

— Доброе утро, Маргарита Владимировна, – администратор Таня оживляется. – Вы сегодня отлично выглядите.

На губы наползает улыбка. Что-то Евсонов со мной вчера сделал. И я с этим разберусь.

— Спасибо, Таня. Есть для меня корреспонденция? Как мой VIP-пациент? Не буянил, к медсестрам не приставал?

— Нет! – улыбается она. – Эмир Рустамович вел себя прекрасно и распорядился о премии всем девочкам! А еще… – она переходит на шепот, – он уволил Леонида Игнатьевича. Скандал был! Главврач чуть не со слезами отсюда выбежал.

Замираю. Вдоль позвоночника пробегает холодок. Ну, Алиев! Решил поиграть в благодетеля? Сейчас я тебе устрою!

— Спасибо, – беру пару конвертов, улыбаюсь Тане и иду в свой кабинет.

Переобуваюсь, снимаю пиджак, надеваю свой бессменный идеально-белый халат и направляюсь в палату к моему несносному пациенту.