Книга Халид, я расправляю крылья, страница 3 – Люсинда Миллер

— Дети, – обратился к собравшимся ребятам тренер. – Меня зовут Халид Русланович Дамиров и на ближайшие несколько месяцев, может меньше, я буду вашим наставником. Сейчас мы проведем перекличку и немного познакомимся.

На этой ноте он сел на скамью, достал ежедневник в кожаном переплете и начал опрос: как зовут, сколько лет и каков стаж тренировок, какой носит пояс тот или иной ребенок. В нашей команде было двенадцать ребят, из которых только четыре девочки. Да, спортивная борьба набирала обороты и все чаще привлекала нежный женский пол. Эмансипация впитывалась со сказками мамой на ночь.

Я сидела поодаль от шумной ребячьей толпы. Наш прежний тренер Антон Андреевич не был против, если родители присутствовали на тренировках. Сейчас же чувствовалось напряжение. Как будто я нарушала чьи-то правила. И было отчего: все то время, что Дамиров расспрашивал подопечных, он то и дело бросал на меня взгляды. Честно, я не понимала их оттенка, как будто он сам не понимал, почему так часто вскидывает на меня глаза. И, когда выяснив нужную информацию, вдруг повернулся ко мне всем корпусом, задал вопрос: – Ну, а вас как зовут?

Все дети разом повернулись ко мне, заулыбались. Я немного стушевалась от этой прямоты.

— Мама, ну что ты молчишь? – выкрикнул мой сын.

Я облизала нервно свои губы, чем еще больше привлекла внимание тренера. Прокашлялась.

— Гюнель, Гюнель Захаровна, – подчеркнула официальность знакомства.

Мне “панибратство” с ним ни к чему.

— Я так понимаю, что у вас пояса нет и боев с победой тоже?

(Он серьезно это спросил?)

Дети захихикали.

— Н…нет, – я аж заикаться начала. – Я тихонечко со скамьей обычно воюю – растерянно приподняла брови.

— Значит пришло время для действий. Присоединяйтесь к нам. Покажу вам несколько уроков самообороны.

Дети засмеялись, загалдели, подбадривая. Сын кричал: – “Мама, давай жги”.

Тренер встал, шлепнул в ладоши, призывая к тишине и началу занятий.

— Так, все идем на разогрев.

Ребята побежали заниматься, а я сидела, словно приклеилась. Он же пошутил? Он просто меня разыграл! Дамиров подошел ко мне ближе, наклонился, уперся ладонями в свои бедра и пристально посмотрел в глаза. Я не знаю какой он ответ там надеялся рассмотреть, но явно не мое несогласие.

— Я не ясно выразился, Гюнель Захаровна?

— Что? Я не понимаю, Вы же не серьезно?

— Вполне серьезно. У вас подходящий для тренировки костюм, вот мы и проверим вашу подготовку. Не бойтесь, я не стану вас нагружать, для начала только элементы растяжки.

В последнее слово он вложил некий сексуальный подтекст, как будто он хотел подготовить меня для чего-то более интимного в дальнейшем. Я не собиралась поддаваться на эту провокацию, но заметив ехидцу в его темных глазах-бусинах, говоривших: ”если ты трусиха, то я разочарован”. И тут во мне воскрес протест. Я ведь сильная мама, волоку на себе сына, обеспечиваю себя. Потому что алименты, что посылал экс-муженек слабо именовать финансовой поддержкой.

— Хорошо, я попробую.

— Обувь снимайте, в нашем виде спорта для удобства необходима голая стопа.

И выразительно взглянул на мои кеды. Сегодня я одета была в тонкие трико мятного цвета и трикотажный серый топ без рукавов. Он едва ли прикрывал резинку на спортивных брючках. Август выдался нетипично прохладным. Я послушно разулась, оставила вещи и обувь у скамейки и последовала за тренером. Пол был устлан тонкими матами, дети уже знали все упражнения для разогрева, выпады, приседы, потягивания. Я же стояла растерянная, не зная с чего начать. Подсматривала за тренирующимися и, поняв азы, начала повторять несложные упражнения. Не смотря на юный возраст учителя, дети ему охотно подчинялись. Когда ученики были поставлены в спарринг, Халид Русланович подошел ко мне на расстоянии пару метров и, снисходительно улыбнувшись, спросил: – У вас что, совсем нет опыта в занятиях спортом?