Книга Девочка бандита, страница 89 – Мила Дрим

— Надо наказать, чтобы не путалась со всякими хачами, — пробасил он и протянул в мою сторону лапища.

Я дернулась в сторону, но Аленка толкнула меня прямо к скинхеду.

— Что, сучка, понравилось тебе? — обдавая мое лицо пивной вонью, вопросил он.

Напуганная, я не могла сказать и слова.

Только смотрела расширенными от ужаса глазами в чужое лицо, и видела монстра, жаждущего причинить мне страдания.

— Давай, Ваня, — подначивала Аленка, — накажи эту шлюху.

Чужие пальцы схватили меня за правую руку и дернули с такой силой, что я закричала от боли. На фоне моего крика раздался хруст.

Все закружилось у меня перед глазами, и я почувствовала, как стала оседать на землю.

Ваня-скинхед замахнулся, чтобы ударить меня ногой, я сжалась, готовясь к мучительной боли, но крики Зои Павловны остановили этот ужас.

— Вы что делаете?! Алексей Иванович! Звони в милицию и скорую!

— Вот такие дела, — Михаил Потапович, врач-травматолог поправил на большом носу очки.

Вздохнул, посмотрел на меня, а потом — на Зою Павловну.

— Миша, не томи, говори уже! — потребовала она.

Щеки её были красными, глаза блестели, и я не на шутку забеспокоилась о том, что Зое Павловне тоже понадобится медицинская помощь.

В местную больницу нас привезла скорая.

Вкололи обезболивающее, сделали рентген, и вот теперь доктор, Михаил Потапович (очень шло ему имя-отчество, потому что он, правда, был похож на медведя) выносил свой вердикт.

— У пациентки перелом лучевой кости. Сейчас пусть проходит в процедурную, наложим гипс.

— Господи, — Зоя Павловна выдохнула. — А смещения там нет?

— Нет, слава Богу, — доктор нахмурился, — тут еще сотрудники милиции пришли. Хотят взять показания. Я их у себя в кабинете посадил. В общем, как закончите с гипсом, приходите.

— Михаил Потапович, — нарушила я свое молчание.

Голос у меня звучал едва различимо, и сама я себе казалась бледной тенью, которая вот-вот растает в больничном коридоре.

— Да, Елизавета? — улыбнулся он.

По-доброму так. Как любящий отец.

— А когда обезболивающее подействует?

— Минут через пять-десять. Надо потерпеть.

Я кивнула. Видимо, терпеть — придется мне в ближайшие месяцы наверняка. Едва передвигая ногами, в сопровождении Зои Павловны, я доковыляла до процедурного кабинета.

Когда на мою руку наложили гипс, я поблагодарила врача и медсестру, а затем — с трудом шевеля ногами, вышла в коридор. Голова моя кружилась, и я чувствовала себя очень слабой.

Но мне предстояла еще встреча с милицией. Внутри все засосало от неприятных чувств. Мне и так было плохо, а тут еще с ними общаться.

Но понимала — надо.

В кабинете врача сидели двое сотрудников милиции. Оба молодые, один даже, увидев меня, заулыбался. А мне хотелось треснуть его по фуражке и спросить, что веселого он увидел во мне?!

Проглотив глупые слова, я опустилась на свободный стул. Милиционеры представились, а потом начались эти расспросы…

— У вас есть предположения, почему этот человек напал на вас? — делая записи в своем блокнотике, поинтересовался улыбчивый милиционер.

— Нет, никаких, — равнодушно ответила я.

Я не собиралась рассказывать им про Искандера. По ряду причин, одна из которых была моя любовь к нему. Пусть оставят его в покое!

— Вы запомнили, как выглядел нападавший?