Книга Призрак, страница 45 – Мила Дрим

Леа покраснела от услышанного. Как хорошо, что ночь скрыла ее румянец. Но не блеск глаз, в которых Айомхар без труда заметил смятение.

— Да, я не знаю, как она выглядит, — взволнованным голосом начала девушка, — но я знаю точно, что она есть. Потому что душа часто напоминает мне о своем присутствии.

— Чем же? — цинично процедил мужчина.

— Болью, — голосом, полным достоинства и печали, ответила Леа.

После купания в ночном озере, но не под самим водопадом, Айомхар и Леа вернулись в шатер, расположенный в лесу. Правда, добираться в этот раз пришлось очень медленно: пленница совсем не видела в опустившейся темноте, и каждый раз спотыкалась об сучок, корень дерева, или любую неровность на земле. Устав от этого, воин перекинул Лею через свое правое плечо и уверенным шагом направился к хорошо знакомому месту.

Леа, вися вниз головой, открыла глаза и увидела вдали, среди кромешной тьмы, два мигающих, круглых огонька. Когда следом раздался вой, девушка поняла, что на нее смотрел волк. Вероятно, Тень. Пленнице не хотелось думать, что здесь были и друге хищные звери, кроме него.

Когда они добрались до места, Айомхар, затолкав Лею внутрь шатра, последовал за ней. Девушка тут же свернулась клубочком, подложив под щеку свои ладони. Все, что она хотела — заснуть и забыться. Но призрак желал совершенно другого — не насытившись на ночном озере, он жаждал удовлетворения. Мужчина навалился на пленницу, разворачивая ее на спину, лицом к себе. Он поцеловал ее долгим, жадным поцелуем. И этой ночью совсем не было место для нежности.

Леа проснулась перед самым рассветом. Именно тогда, когда ночь стала медленно отступать, а небо начало меняться, неспешно переходя из черного оттенка в серый, пленница призрака пробудилось от своих грез.

Девушка приподняла голову — и тут же сильная рука сдавила ей плечо, не позволяя подниматься выше. Леа собралось было освободиться из тяжелых, почти удушающих объятий, но, лишь попытавшись сделать это, мгновенно была подхвачена руками мужчины и уложена прямо на него сверху. Их груди соприкоснулись: ее, упругая, и его, твердая, словно камень. Нос девушки уткнулся в темные волосы господина. Лицо пленницы обдало жаром от столь откровенной, возмутительно непристойной близости с Айомхаром.

Они смотрели в глаза, молчаливо изучая друг друга. Легкое дыхание Леи защекотало задумчивое лицо воина, и тот провел рукой по скуле девушки, вглядываясь в синее небо ее глаз. Пленница невольно затрепетала от ласки, полученной вот так — внезапно, ни за что, от человека, который не знал что такое нежность.

— Сегодня нужно вернуться в замок пораньше, — резко скидывая с себя Лею и тут же поднимаясь на ноги, сообщил Айомхар.

Девушке же оставалось лишь принять эту новость и последовать за ним.

Леа запрокинула голову, с улыбкой глядя на солнце — оно было ярким, а его лучи так, кстати, согревали девушку. Она, стоя возле дома, смотрела то на светило, то на главное здание замка, задаваясь вопросом — почему в нем никто не живет?

Айомхар привел ее в дом еще до того, как рассвет вступил в свои полные права. Лишь только Леа шагнула внутрь жилища, как воин исчез, словно призрак — не говоря ни слова на прощание. Хорошенько выспавшись на чистых простынях, переодевшись в новое платье из добротной, цвета спелой пшеницы ткани, платье, девушка, позавтракав, вышла к дому. Наслаждаясь своим одиночеством, дочь Фредека бродила вокруг жилища, огороженного забором, позволяя себе ни о чем не переживать в это солнечное утро. Пусть это была иллюзия благополучия, но сейчас пленница так нуждалась в этом.