Книга Игра с профайлером, страница 129 – Александр Эскрива

Четыре оперативника ловят мой взгляд. И одновременно кивают в ответ с полным осознанием всей сложности задачи. Поднимаюсь по ступенькам крыльца и звоню в дверь. Шагов не слышно. В следующий миг вижу, как оперативники встают по обе стороны двери. С оружием наготове.

Молча жду секунду и нажимаю на звонок еще раз.

Мгновения тянутся удушающе долго.

Никто не открывает.

Снова звоню в дверь, теперь дважды.

На этот раз слышу шаги по другую сторону. Оперативники поднимают в воздух пистолеты, они готовы к любому развитию событий.

Сначала мужской голос, затем женский.

Дверь приоткрывается на пару сантиметров, я распахиваю ее ударом и набрасываюсь на мужчину, открывшего ее. Мы падаем на пол, слышу крики женщины и полицейских, которые врываются в дом с оружием в руках. Борюсь с мужчиной, кто-то помогает мне перевернуть его лицом вниз и надеть на него наручники.

— Вот ты и попался, мразь.

И мужчина, и женщина выкрикивают что-то, но я их не понимаю. Женщина плачет, на ней наручники, ее держат трое оперативников. Мэдисон и Ян поднимают мужчину с пола и приставляют к его горлу дуло пистолета.

— Не двигаться.

— Какого черта вы творите? – кричит побагровевший от злости мужчина.

Достаю пистолет и целюсь ему в голову. Женщина издает вопль ужаса.

— Я мог бы убить тебя так же, как ты убил тех невинных людей. И это было бы справедливо, не правда ли? Мне следовало бы казнить тебя и выставить на всеобщее обозрение твою голову, чтобы успокоить Сан-Франциско. «Палач обезглавлен» – так и вижу заголовки газет.

— Что за бред вы несете?! Вы ошиблись. Я не Палач! Дорогая, – обращается он к женщине, которая не в состоянии закрыть рот от полного ошеломления, – не верь ни единому слову. Я никого не убивал. Клянусь тебе.

— Хватит, Томас, кончай врать. Твоя жена должна узнать, кто ты на самом деле, прежде чем тебя навсегда швырнут за решетку.

— Скажи им правду, – кричит она вне себя от волнения, – мы уезжали на несколько дней. Пожалуйста, не убивайте его. Томас – хороший человек, – добавляет она со слезами на глазах.

— Жертвы Палача были клиентами Golden Soul Cafe, – объясняю я. – Твой работник рассказал мне про твое отсутствие. По его словам, жена перенесла открытую операцию на сердце, и ты должен был о ней заботиться. Но теперь выясняется, что она в полном порядке, да еще говорит, что вы уезжали на несколько дней. И что же получается? На дворе Рождество! Самая неподходящая пора для владельца кафе, чтобы устроить себе отпуск, тебе так не кажется? Однако ты принимаешь именно такое решение, да еще в день смерти Сары Эванс, первой жертвы Палача. Подозрительно, Томас, весьма подозрительно. И будто этого недостаточно, ты возлагаешь управление кафе на одного-единственного официанта. Любой поймет, что тут что-то не так. Считаешь себя самым умным, да только у тебя на лбу написано, что ты убийца.

— Я оставил кафе не на одного Фернандо. С ним есть еще кое-кто.

— Не ври. Сегодня, кроме него, там никого не было. В кафе было пусто.

— Не может быть. Тот человек, должно быть, находился на кухне или в кладовой. Не думаю, что он оставил Фернандо без присмотра.

Пристально смотрю на него.

— Кто этот человек?

— Я не могу вам сказать.

— Почему? Ты разве не слышал, что я только что сказал?

— Я не имею права раскрывать информацию, – упорствует он.