Книга Игра с профайлером, страница 126 – Александр Эскрива

Уильям Паркер

24 декабря 2018-го, Сан-Франциско

— Думай, Уильям, давай же.

Палач делал представление из каждого убийства. Он оставлял трупы в определенных позах, чтобы придать им смысл. Сара Эванс стояла на коленях, руки были привязаны к кольцам в стенах так, чтобы удерживать тело слегка склоненным вперед. Она словно молила, упрашивала или преклонялась перед кем-то. Кевин Смит предстал в кресле со сложенными на подлокотниках руками, в спокойной и удобной позе. Фиона Фостер сидела на полу, опираясь спиной о стену, между частями ее тела были натянуты нитки, чтобы зафиксировать жест – труп показывал средний палец всякому, кто заходил в квартиру.

Сомневаюсь, что отрезанные головы представляют собой некое послание от убийцы. Нет, это лишь способ вызвать хаос в Сан-Франциско, чтобы ужас объял население города. Послания – в местах совершения преступлений. Все они адресованы полиции, мне. И за ними не кроется ничего, кроме насмешки, больного сознания, мнящего себя умнее преследователей.

Мы обнаружили всех трех жертв обнаженными – одежда, в которой они были в момент смерти, бесследно исчезла. Убийца не мог уйти с места преступления без сувенира. Отсюда вытекает предположение: тело – для полиции, голова – для масс, а одежда – для него. Трофей, вещь, которая напомнит о преступлении и вызовет удовлетворение одни своим видом. Но как эта догадка поможет мне найти его?

Жертвы все очень разные. Сара Эванс была совсем юной, жила одна, не работала. Ее родители – люди, не знавшие нужды с пеленок благодаря успеху семейного дела Lifranbarter. Кевин Смит был уже немолод, жил с женой, работал и имел общее с Эвансами прошлое. А вот Фиона Фостер выбивается из этого ряда: пятьдесят три года, без мужа, без дома – почти – и без работы. Кроме этого, внешне они ничуть не похожи. Сара – блондинка, у Кевина и Фионы волосы темные. Сара была молодая, стройная, Кевин держал себя в хорошей форме, думаю, что не ошибусь, если предположу, что Фиона за внешностью не следила.

Между ними нет ничего общего. Где искать связь?

Вопрос «где?». Нужно подумать над ним.

Подхожу к столу и двигаю мышку.

Захожу в Google Maps и ищу Филберт-стрит. Вот она. Затем с помощью курсора перемещаюсь по карте вниз и влево в поисках Ноб-хилла или Вашингтон-стрит, но не вижу и половины названий улиц и кварталов.

Бесполезная штука.

Заглянув в ящики стола, иду к одному из двух шкафов и трачу пять минут драгоценного времени на поиски карты Сан-Франциско. Наконец вижу ее – метр на метр, свернута в рулон и скреплена резинкой. Отлично. Возвращаюсь за стол, убираю с него все, стягиваю резинку с карты и разворачиваю. Придавливаю полотно подставкой для карандашей и папками, чтобы она не свернулась в рулон, как древний пергамент. Беру красный фломастер и снимаю с него колпачок. Вожу пальцем в поисках района Норт-Бич, а затем – Филберт-стрит. Ставлю точку. Теперь ищу Ноб-хилл, чтобы найти Вашингтон-стрит. Вот она! Так намного быстрее, чем на Google Maps. Наконец ищу район Тендерлойн, чтобы отметить местоположение дома Фионы на Эллис-стрит. Готово. Внимательно смотрю на три точки в северо-восточной части города. Они не очень далеко друг от друга. Возможно, указывают на охотничьи угодья убийцы. Скорее всего, Палач живет или часто бывает где-то недалеко от жертв. Но жертвы явно не сидели в четырех стенах. Разумеется, они каждый день покидали дома.