Книга Луковая ведьма, страница 120 – Полина Луговцова

— Почему же? Могли бы в полицию обратиться, – подал голос Тим.

Федора подняла голову и широко ухмыльнулась.

— Кто бы мне поверил, сумасшедшей?! Если бы начали разбираться и личность мою установили, то и диагноз мой стал бы известен. И потом, Артур бы выкрутился, он из той породы людей, которые, как гуси, всегда из воды сухими выходят. Чего бы я добилась? Угодила бы за решетку, однозначно! А так хоть на свободе. Я по лесу люблю гулять… – Она уставилась вдаль, на сосны, шумевшие на ветру, помолчала немного, перевела взгляд на Бенедиктова, так и лежавшего на земле без движения, и проговорила изменившимся, скрипучим голосом, в котором клокотала холодная ярость: – Мне давно надо было Артура пришибить! Говорят, что лучше поздно, чем никогда, но это не так… Ведь столько людей остались бы живы, и Гена мой тоже… Но я не осмеливалась… Откуда мне было знать, что Артур так далеко зайдет?! Уговор-то был народ пугать, ну я и пугала. Надевала костюм и маску и бродила по лагерю по ночам и в сумерках. Народ пугался, но не настолько, чтобы с острова бежать, и Артур попросил меня устроить поджог. Я отказалась, и мы поссорились. Он заявил, что никакой квартиры мне не видать, раз я условия нашего договора не выполняю. А не было ведь таких условий! Устраивать поджоги я не подписывалась! В общем, с того момента наше сотрудничество прекратилось, я стала от него прятаться, и он сам взялся за дело, даже костюм такой же нашел. Ох и развернул он тут деятельность! Поджигал стройматериалы, портил инструмент и технику, подпиливал строительные леса и сам же распространял слухи о том, что все эти случаи – козни Луковой ведьмы, а чтобы ни у кого сомнений не возникло, он разбрасывал лук там, где что-нибудь случалось. Потом и убивать начал. Подкарауливал строителей поодиночке и лупил молотком по башке, еще и луковицу в рот запихивал – ведьмину метку, значит, оставлял. В общем, разбежались строители, и стройка заглохла. Артур все надеялся, что брат задешево ему остров продаст, а тот не соглашался, стоял на своей цене, и покупатели вроде бы находились, но до покупки дело так ни разу и не дошло: каждый раз перед сделкой здесь убийства случались – то туристы забредут ненароком, и потом их трупы с луковицей во рту находят, то смотрителя мертвым обнаружат, и тоже с луковой отметкой. В общем, так никто и не купил остров до сих пор, а сегодня, вот, покупатели должны были подъехать, Гена мне говорил… – Федора всхлипнула, и голос ее задрожал, но, сделав над собой усилие, она продолжила: – Гена знал, что Артур – убийца, но тоже молчал. Ему деньги были нужны, понимаешь? Артур ему приплачивал, чтобы он глаза на все закрывал. Почему, думаешь, он тут дольше всех продержался? Говорила я ему, что нельзя Артуру доверять! Чуяло мое сердце… Гена слишком много знал, вот Артур и убрал ненужного свидетеля.

Услышав это, Тим понял, почему Геннадий подпустил к себе убийцу так близко и не пытался бороться: он хорошо знал его и не почувствовал опасности.

— Странно, что Артур и вас не убил, – заметил Тим и подумал, что образ жестокого и беспощадного убийцы, созданный Федорой, плохо вяжется с Бенедиктовым, удиравшим от нее со всех ног. Он намекнул ей на это: – Мне показалось, что он вас боялся.

Федора злорадно рассмеялась, и ее смех напоминал карканье раненой вороны.