Книга Обмен, страница 121 – Джон Гришэм

Она подумала о своих сыновьях и о том, как прекрасно они проводят время за столом мисс Эммы, едят все, что ни пожелают, а бабушка и дедушка не отказывают им практически ни в чем. Много ли детей едят лобстеров каждый день?

Пересадка в лондонском аэропорту Гатвик заняла три часа двадцать минут. Чтобы убить время, Эбби дремала в кресле, любовалась восходом солнца, читала журналы и работала над лаосской кулинарной книгой. Она обратила внимание на североафриканского джентльмена в белом льняном костюме и синих эспадрильях, который пытался скрыть лицо под соломенной шляпой. Поймав на себе внимательный взгляд, Эбби сочла его одним из «наблюдателей», пожала плечами и решила, что впереди ее ждут и более напряженные моменты.

В понедельник утром Митчу позвонил Самир и сказал, что у него хорошие новости. Митч пригласил его на завтрак с Роберто в «Хасслер», и они втроем встретились в ресторане в девять тридцать.

Последние десять дней Митч был настолько выбит из колеи, что не знал, кто и за что платит. Он потерял счет своим расходам, что для любого юриста из крупной фирмы – страшная оплошность. «Хасслер» обходился кому-то в семьсот долларов за ночь плюс еда и напитки. Митч полагал, что в конце концов счета получит «Ланнак», но это казалось не совсем справедливым. Челики в похищении Джованны не виноваты. Возможно, «Скалли» придется взять расходы на себя, что вполне устраивало Митча, поскольку фирма его жестоко разочаровала.

Пока они усаживались, Самир так и сиял.

— Сегодня утром из Триполи позвонил мой друг из дипломатической службы, – негромко объявил ливиец. – Вчера поздно вечером он узнал, что правительство решило уладить спор с «Ланнак», причем быстро!

Митч с трудом сглотнул.

— Сколько?

— От четырехсот до пятисот миллионов.

— Диапазон довольно широкий.

— Отличные новости, Самир! – воскликнул Роберто. – Это можно устроить быстро?

— Мой друг считает, что да.

Они заказали кофе, сок и яйца. Митч взглянул на телефон. Сообщение от Эбби. Она вылетела из Гатвика вовремя. Несколько новых электронных писем, ни одно из которых не касалось Джованны и поэтому не имело особого значения. Нужно позвонить Омару Челику в Стамбул и узнать последние новости. Хотя мировое соглашение выглядело вероятным, он решил выждать еще час.

Митч потерял всякий интерес к завтраку.

* * *

Всякую эйфорию по поводу быстрого урегулирования иска убил двухминутный видеоролик, который отправили в две лондонские газеты – «Гардиан» и «Дейли телеграф», в две итальянские – «Стампа» и «Република», и в «Вашингтон пост». Ролик разлетелся по интернету в считаные минуты. Сотрудник «Скалли» в Милане увидел его и позвонил Роберто.

В конференц-зале отеля Митч поспешно открыл ноутбук и стал ждать. Роберто нависал над его левым плечом, Джек – над правым. Дариан стоял неподалеку. Они с глухим недоверием наблюдали, как троих солдат, одетых в форму ливийских спецназовцев, сбросили с импровизированной виселицы и они судорожно задергались на веревках. Фарас, Хамаль, Салил. С каждым выстрелом в грудь они корчились все сильнее.

При виде Сандрони Роберто задохнулся. Точно женщина – одетая в юбку или в платье, крайняя справа, мужественно стоит с черным покрывалом на голове и петлей на шее. «Матерь Божья!» – пробормотал он и добавил по-итальянски такое, чего Митч никогда раньше не слышал. Прошло несколько секунд, затем, к счастью, петлю сняли и женщину увели прочь – пока ее пощадили.