Книга Сорока и Чайник, страница 71 – Артём Скороходов

— «Отвянь, Умник. Давай еще разок! Давай, сволочь!»

Тактическая подготовка. Копаем насыпь для пушки.

— «Странно. Вроде всего несколько метров, почему так устал-то?»

Кантики на кровати. Пробежка.

— «Как же я хочу спать. И в туалет».

— Фёдору Сороке присвоить внеочередное звание: старший матрос!

Бутылка грибной водки, которую где-то достал Кукис.

— «Принятие присяги — это очень важный момент в жизни любого воина».

— «Ой, отвянь. Давай еще лей, чего так мало!»

* * *

— Сорока, тебя к полковнику вызывают! Быстро!

Фёдор, громко топая сапогами, пробежал по дорожке до главного корпуса, взлетел до офицерского этажа, доложил дежурному:

— Старший матрос Фёдор Сорока к господину полковнику.

Побежал дальше. Остановился, отдал честь знамени и огромному портрету Императора. Быстро добрался до высокой дубовой двери:

— Старший матрос Фёдор Сорока по вашему приказанию прибыл!

— Входи, Фёдор, входи, — раздался из комнаты знакомый голос.

Капитан первого ранга Улицкий сидел в кресле рядом с широким столом Фёдора Фёдоровича.

— Филарид, где я могу поговорить со старшим матросом?

— Да здесь и располагайтесь, пойду погоняю карасей по плацу, — ответил Фёдор Фёдорович и вышел из кабинета.

— Садись, Сорока.

Повисло долгое молчание, во время которого каперанг Улицкий разглядывал новоявленного морпеха. За окном послышались выкрики: «Это что такое⁈ Какого тут происходит! Немедленно стену казармы отмыть, прапорщик, проследите!»

— «Устало выглядит каперанг, — размышлял в голове Умник. — Не высыпается он что ли?»

— «Я тоже спать хочу, — решил Змей. — И бабу».

— Ну что, Фёдор, как у тебя дела? — прекратил молчание Улицкий.

— «Скажи ему, что спать хочешь».

— Великолепно, — мрачно ответил Фёдор.

— «И баб не хватает».

— Привык уже. Всё то же самое, что и в училище, только без навигации, баллистики, и бегаем больше.

— Отлично, отлично. Фёдор, мне нужна твоя помощь.

— Да, конечно, господин капитан первого ранга. Всё, что скажете.

— Дело непростое, и о нем, прости за банальность, не должна знать ни одна живая душа. Это понятно?

— Даже Фёдор Фёдорович?

— Никто. Ни командиры, ни друзья, ни твоя сестра, никто. Слушай. В Имперском Адмиралтействе есть несколько групп офицеров. Некоторые из них профессионалы и преданные патриоты Империи. Некоторые — карьеристы, которые получили свои должности только из-за происхождения или даже из-за денег. Им плевать и на страну, и на флот и, — голос каперанга опустился до шепота, — на самого Императора.

Фёдор моргнул, пытаясь понять: а причем тут он?

— «Мне кажется, всех нас хотят втянуть в какие-то политические игры», — заявил Умник.

— «Отказывайся», — мгновенно решил Змей.

— Так вышло, что группа преданных Его Императорскому Величеству… — каперанг уважительно поклонился портрету Императора на стене, — выяснили, что несколько интриганов затеяли какую-то подозрительную экспедицию. Что они задумали — неясно. Но запашок у этой затеи неприятный. Мы подозреваем, что это…

— «Измена», — прошептал Змей.

— Предательство, — закончил Улицкий.

— Господин капитан, но я-то тут причём?

— Нам нужен верный и честный человек в этой экспедиции. Настоящий патриот. Ты же такой, Фёдор?

Парень покивал. Ничего против патриотизма он не имел. Просто как-то не задумывался над этим.