Книга Глубина, страница 95 – Крейг Дэвидсон

— Всего-то? Маленький огонек мигает в какой-то отдаленной комнатушке?

— Нет, обычно подается сигнал общей тревоги. Но система может глючить. Открывай эту чертову дверь, док. Скорее.

Люк повернул рукоятку гермозамка. Шлюз открылся с мучительным визгом. Переход, лежащий за ним, был уже, чем все остальные, попадавшиеся Люку на «Триесте». Свет ложился на потолок таким тусклым пятном, что от светлячков было бы куда больше проку.

— Оставь собаку, док. Здесь безопаснее.

Люк мысленно согласился.

— Сидеть, девочка, – велел он Пчелке. Та обеспокоенно уставилась на него, боясь, что он, как и все остальные, исчезнет. – Я вернусь. Обещаю.

Собака, казалось, не очень успокоилась, но послушно осталась на месте.

Эл и Люк нырнули в узкий проход. Шлюз сомкнулся за ними, и тут же заложило уши. Люк сразу уловил, что с кислородом в этом отсеке дела обстоят худо. Воздух был затхлый и стылый, пах какой-то древней гробницей.

Они с Эл медленно продвигались вперед вдоль болезненно тусклого ручейка света; стены клонились навстречу им – или так лишь казалось? Причудливая архитектура «Триеста» снова морочила им головы.

— Еще далеко идти? – спросил Люк.

Эл хмыкнула.

— Не знаю. Я здесь никогда не была.

Люк едва видел свои пальцы перед лицом. Бедра касались стен – проход сужался впереди них, но также, как он чувствовал, и позади. Ему почти слышались коварные щелчки и усадочный хруст – проход сжимался, сталь складывалась, как папиросная бумага.

Воздух был ужасен на вкус. Не просто затхлый – натурально мерзостный. С таким же успехом они с Эл могли бы пробираться в пасти какого-то огромного чудовища между его зубов, облепленных кусочками гнилого мяса. Волна адреналина поднялась от ног к лицу, надавила на грудь – и дыхание Люка стало тяжелым, замедленным.

— Черт… что за ерунда, – процедила Эл.

— Что там? – спросил Люк.

— Тупик.

Слово отозвалось спазмом во всем его теле. Паника, обуявшая Люка, живейше напомнила ему о детстве в Айове – когда он шел по одинокой проселочной дороге ночью, и фары то и дело показывались над верхней линией того ее участка, что поднимался в гору, а затем резко шел на спад. Фары нагоняли тревогу, и та проходила лишь тогда, когда машина проезжала, и красные угольки ее задних фонарей гасли за поворотом.

— А нет, погоди, не тупик это, – сказала Эл. – Стена отвесная… – Она зашаркала ногами. – Тут есть спуск вниз. Подвинься, пожалуйста.

Стены давили Люку на хребет, но ему удалось освободить достаточно места, чтобы Эл могла припасть на четвереньки.

— Там что-то есть внизу, – сказала Эл, постукивая кулаком здоровой руки по отвесной стенке. – Что-то вроде того пролаза, но на вид будто бы даже меньше. Смотровая шахта, я бы сказала. Может быть, воздух проходит через серию фильтров над ней. Я не помню схему.

— Мы сможем через нее пролезть?

— Нам придется извернуться – и молиться, чтобы на другом конце не было решетки, – но да… это выполнимо. Это единственный путь в комнату очистки.

— Ты уверена?

— Да. Это я точно помню из плана.

— И никакого другого пути нет?

— Док, эй. Не хочу показаться грубой, но это все. Альтернатива отсутствует.

— Ладно. – Люк судорожно выдохнул. – Хорошо. Хорошо.

— Я бы позволила тебе остаться здесь, но мне может понадобиться помощь, – добавила она. – У меня, уж прости, рука сломана.