Книга Скрежет в костях Заблудья, страница 38 – Arden

Ржавые гиганты мелькали один за другим.

Голоса становились тише, превращаясь в неразборчивый гул, а потом и вовсе в статический треск.

Просека заканчивалась.

Земля под ногами пошла под уклон.

Кусты стали гуще, трава — выше и зеленее (ядовито-зеленая, болотная).

Шум в голове стих, сменившись звуком льющейся воды.

Журчание.

Алена выскочила к краю оврага.

Внизу, среди черных, скользких камней, текла вода.

Черный ручей.

Вода была темной, как крепкий чай или нефть. Она пенилась вокруг коряг, похожих на утопленников.

Алена остановилась, хватаясь за ствол березы, чтобы не скатиться вниз.

Тишина вернулась. Но теперь в ней не было ни голосов, ни коровьих стонов.

Только плеск воды.

На той стороне ручья склон поднимался вверх, поросший редкими соснами.

И там, врезанный в склон холма, виднелся бугор, крытый дерном.

Из бугра торчала труба.

И из трубы, растворяясь в сером небе, поднималась тонкая струйка белого дыма.

Живой дым. Запах горящего дерева.

Игнат был там.

Алена начала спуск. Ноги скользили по мокрой глине.

Она знала: самое трудное позади. Но почему-то именно сейчас, глядя на этот уютный дымок, ей стало по-настоящему страшно.

Спуск к ручью дался нелегко. Ноги скользили по жирной, мокрой глине, кроссовки увязали по щиколотку. Алена хваталась за ветки кустов, обдирая ладони, лишь бы не скатиться кубарем в черную воду.

Внизу было холодно. Овраг работал как холодильник, собирая сырость и туман.

Черный ручей оправдывал свое название. Вода в нем была густой, непрозрачной, цвета крепкого кофе. Она текла медленно, беззвучно огибая замшелые валуны.

От воды пахло тиной и чем-то сладковатым. Гнилью.

Чур говорил: «Не пей. Отравишься. Там мертвечины много».

Алена подошла к кромке воды.

Моста не было. Только цепочка крупных, плоских камней, выступающих из потока, указывала на то, что здесь когда-то переходили люди.

Камни были черными от влаги и покрыты скользким налетом.

Алена поправила рюкзак. Сделала глубокий вдох.

Первый шаг.

Камень качнулся под ногой, но удержал.

Второй шаг.

Ботинок соскользнул. Алена взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие. Сердце ухнуло в пятки. Упасть в эту воду означало не просто промокнуть — это означало коснуться той самой «мертвечины».

Она устояла.

Третий шаг. Четвертый.

Прыжок на берег.

Земля. Твердая, поросшая хвоей земля.

Она перебралась.

Алена подняла голову.

Прямо перед ней поднимался склон холма.

И в этом холме, словно нора гигантского зверя, была врезана землянка.

Её почти не было видно — крыша поросла дерном и молодым ельником, сливаясь с лесом. Выдавала жилище только труба, из которой тянулся уютный белый дымок, да дверь.

Дверь была массивной, сколоченной из горбыля и обитая серым войлоком для тепла.

Ни окон, ни крыльца. Просто вход в холм.

Алена поднялась по тропинке.

Теперь, когда цель была в двух шагах, ноги стали ватными.

Что её ждет за этой дверью? Безумный отшельник? Друг? Или еще одна ловушка Леса?

Но отступать было некуда. Позади были стонущие коровы и мертвец под ЛЭП.

Она подошла к двери.

Прислушалась. Тишина. Ни шагов, ни кашля, ни скрипа половиц.

Алена подняла руку и постучала.

Три раза. Громко, уверенно.

Тук. Тук. Тук.

Она ожидала вопроса «Кто там?». Ожидала шарканья ног.

Но реакция была мгновенной.

Будто тот, кто сидел внутри, ждал именно этого стука последние двадцать лет.