Книга Шариковы дети, страница 97 – Татьяна Нильсен

Амиров сделал паузу. Мадам Шпигель просто пила чай, сидя в глубоком кресле, и слушала истории гостя, словно написанный роман. Следователь неожиданно уловил аромат её духов, необычная связь чёрного перца, сандала и свежескошенной травы. Он протянул руку, взял со столика чашку, допил остатки чая и прочистил горло.

— Я ничего не записываю, при входе охрана забрала телефон и пистолет. Наш разговор носит неофициальный характер. Вы всегда сможете отказаться от своих слов.

— И кто из этих двенадцати такой словоохотливый?

— Разве это имеет значение?

— Никакого. И тем не менее?

— Светлаков Максим Олегович заведующий ГОРОНО.

— Кто бы сомневался! – женщина усмехнулась. – Чего ждать от гомосексуалиста. И он вам поведал, при каких условиях он получил странное предложение?

— Да. Сказал, что к нему обратился ваш секретарь Арнольд. Он грозил обнародовать подробности интимной жизни.

— Вот именно! Ключевое слово Арнольд. Я не могу отвечать за его инициативы, какими бы они не были. И спросить его уже не возможно!

— С ним что-то случилось?

— Да господь с вами! Я отправила его в Швецию. Он здесь уже не нужен. Да и мне пора. Сегодня ночным поездом я возвращаюсь в Европу. Наверху прислуга заканчивает паковать багаж.

— Как уезжаете? – следователь совсем не понимал сути происходящего и решил переть напропалую. – Помимо прочих обещаний, вы во всеуслышание заявили, что восстановите завод и фабрику. И кто бы это не совершил, Селивёрстов мёртв, а вы уезжаете, не выполнив обязательств? – в голове Амирова мелькнула какая-то догадка, но он никак не мог её ухватить.

— У вас какая-то каша в голове, – Шпигель язвительно усмехнулась. – Вы следователь и должны оперировать фактами, а не тем, что кто-то кому-то и что-то обещал! И вообще пора закончить беседу, у меня ещё много дел.

— Про кашу соглашусь, но хорошо бы прояснить ситуацию, – Амиров не двинулся с места. – Вы всё равно уезжаете, и у меня нет никаких оснований для задержания, только подозрения, не подтверждённые фактами. Так может, всё-таки расскажете, что вас связывает или связывало в прошлом с этим городом и с Селивёрстовым? Рано или поздно, я выясню. Вы знаете, в Управлениях сидят не дураки!

Мадам Шпигель поднялась, подошла к окну, словно размышляя перед трудным выбором, потом повернулась и сложила руки на груди.

— Эта история началась почти сорок лет тому назад. Мальчик и девочка жили по соседству. Сначала он дёргал за косички, потом стал носить портфель, через время, провожать после школы и приглашать в кино. Родители девочки были рады такой дружбе – мальчик из порядочной и зажиточной семьи. Сами они жили скудно, четверо детей, отец часто выпивал, и матери иногда доставалось из-за буйного нрава мужа. Она терпела, кому нужна бабёнка с таким выводком. А вот семья мальчика совсем не радовалась такой дружбе, не такую партию хотели родители для единственного сына. Ну, какие могут быть гены в семье пьющего родителя. Ничего, пройдёт время он сам поймёт и разберётся, отправится на учёбу в другой город в институт, а девочке прямая дорога в швейное или кулинарное училище, на большее у несчастных денег не хватит, полон дом голодных ртов. Однако мальчик и девочка не хотели ничего слышать, их любовь возвышалась как радуга и крепла с каждым днём. Незаметно проскочил подростковый возраст, наступила юность, чистая, как весна. Пришло время сдавать выпускные экзамены. Благодаря связям родителей и репетиторам, юноша проходил все тесты блестяще. Девушка в конце не плелась, но и знаниями не блистала, затесалась в середнячках. Вот тогда она почувствовала, что парень слегка охладел, только быстро отогнала плохие мысли. Девушка поняла, что ждёт ребёнка. Она представляла, какой грандиозный ждёт скандал, но ничего не боялась, ведь у неё есть любимый человек! Когда сообщила об этом парню, тот растерялся, ничего не ответил и пропал на некоторое время. Девушка поведала матери о своём положении. Та схватилась за голову, заметалась и даже пыталась отлупить бесстыжую девчонку. Но что сделаешь, не было бы счастья, да несчастье помогло – теперь парень никуда не денется, чтобы прикрыть позор, он обязан жениться! Однако время шло, а возможный жених не появлялся, отец девушки заволновался: не собрался ли парень слинять из города, как раз подошло время для поступления в ВУЗ. Как-то вечером, выпив для храбрости и надев свежую рубашку, отец семейства отправился в дом к будущим, как он полагал, родственникам. Возле забора остановился, огляделся. Дом добротный, гараж, баня, летняя кухня, – Керстин горько усмехнулась. – Наверное, уже представлял, как пьёт пиво в вишнёвом саду с тестем после бани. На собачий лай из дверей вышла женщина и высокомерно спросила, чего желает посторонний. Выпивший мужик расплылся и, раскинув руки, объяснил, кто он и чего желает.