Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 81 – Дэн Симмонс

— Тут еще двое! – крикнул Курц, указывая на труп Бандана и объятую пламенем черную лестницу.

Пожарные бросились бороться с огнем, а двое полицейских склонились над Банданом.

Курц пронес Малькольма через задымленный зал, спустился по лестнице мимо бегущих навстречу пожарных, спешащих наверх, вышел на улицу и прошел мимо пожарных машин и толпы зевак. Направившись в противоположную от карет «скорой помощи» и кучки «кровопийц», окруженных полицейскими, сторону, Курц прошел по переулку и очутился на соседней улице. Подойдя к «Бьюику» – крышка багажника предусмотрительно была поднята, – он бросил бесчувственного Малькольма внутрь, отобрал у него «Смит-и-Вессон» и быстро его обыскал.

Захлопнув багажник, Курц обернулся. Клуб «Сенека» полыхал ярким пламенем; внимание всех было приковано к пожару. Достав из кармана «Хеклер и Кох», Курц бросил его на сиденье машины, а затем зашвырнул респиратор, робу, ботинки и «Смит-и-Вессон» Малькольма в кусты. Сев в машину Арлин, он поехал в противоположную сторону, свернул на соседний бульвар и направился на север.

Вероятно, уже установлено, что Бандан умер от огнестрельных ран. Также вскоре будет обнаружен один из прибывших пожарных, оглушенный и связанный, лежащий в кустах у стоянки. Разумеется, это Курц позвонил по 911 за несколько минут до того, как поджег пропитанные бензином тряпки, засунутые в бензобаки двух машин.

Несмотря на свою нелюбовь к немецкому оружию, полимерам и глушителям, он вынужден был признать, что «Хеклер и Кох» 45-го калибра действовал просто великолепно. После того как Курц разобрался с Хэтэуэем, ему потребовалось всего несколько минут, чтобы вернуться в кабину Дока, отстрелить навесной замок и выбрать оружие, отследить которое, он был уверен, окажется невозможно.

Курц почерпнул идею отвлекающего удара не из «Илиады». Но предложение Пруно больше читать напомнило ему о дешевом шпионском детективе, с которым он коротал время в камере в Аттике. Что-то насчет Эрнеста Хемингуэя, во время Второй мировой войны игравшего в шпионов на Кубе. И в той книге был эпизод с ложной пожарной тревогой. Конечно, тут Курцу нечем было гордиться; в следующий раз он непременно позаимствует что-нибудь из классики.

Обмотав тряпкой кровоточащий, но неглубокий порез на тыльной стороне левого запястья, Курц поехал на север.

Прекраснее всего Ниагарский водопад бывает зимой, ночью, в сильный снегопад. Все эти требования были соблюдены, когда Курц оставил «Бьюик» в переулке в нескольких сотнях футов от стоянки у Американского водопада, достал из багажника двадцатипятифутовую бечевку и Малькольма и потащил его через рощу заиндевевших деревьев и заснеженное поле.

После полуночи – а сейчас уже было около двух часов ночи – мощные прожектора выключаются. Казалось, в темноте и Американский, и Канадский водопады ревели еще громче. Водяную пыль, стоящую над падающими каскадами воды, относило на американский берег, и она облепляла льдом деревья со стороны, обращенной к водопаду. Время от времени под тяжестью мокрого снега обламывалась ветка.

Американский водопад отделен от Канадского Козьим островом, и уже очень давно этот остров, а также другие, более мелкие островки на реке Ниагаре соединены мостиками для туристов. На ночь мостики закрываются, но Курц знал обходную дорогу через деревья. Воспользовавшись ею, он вышел на мостик и двинулся вперед, стараясь наступать рядом с бетонным ограждением, чтобы его следы на снегу были не так заметны. Впрочем, снегопад усиливался, и через считаные минуты следы все равно исчезнут.