Книга Негодяй, страница 45 – Бернард Корнуэлл

— Буксир прибудет в полдень.

— Хорошо.

Иль-Хайауин сел на скамейку в рубке, тщательно вытерев ее льняным носовым платком. Он держался неловко, я объяснил это его непривычкой к судовым условиям.

— Ну, как оно – пригодно? – Иль-Хайауин обвел вокруг своей здоровой рукой.

— Слишком тяжело – переваливается с волны на волну, как беременная свинья. Но так или иначе я берусь доставить его в Америку, если это вас интересует.

— И в короткий срок, – сказал он жестко.

Я пожал плечами.

— Не исключено, что «Стингеры» будут доставлены в Ирландию к 24 апреля, но я не поручусь за это. Разве что кто-нибудь возьмется доставить их на место до того, как золото прибудет в Майами.

— К 24 апреля? – Иль-Хайауин удивленно посмотрел на меня.

— Это дата семидесятилетия Пасхального мятежа. Разве не эту дату назначили Флинн и Эрли? Чтобы преподнести англичанам к этой дате пасхальный подарок?

Он прищурился, не поняв сразу, о чем речь, затем покачал головой.

— Война начнется раньше.

— Война в Кувейте? – спросил я.

— Ну разумеется. – Он помолчал, глядя на плавающие на воде связки прутьев, которые заменяли собой буи, отмечающие вход в гавань. – Мы рассчитываем, что ваша организация поддержит оборону Ирака от империалистической агрессии.

Я недоумевал – что отвечать на это? Было время, когда я был связным и передавал информацию в Высший совет ИРА, но после смерти Ройзин меня отставили от этих обязанностей. Однако иль-Хайауин ожидал ответа, я кивнул и обещал передать это ИРА.

Он сердито помотал головой, давая понять, что и без моей помощи может связаться с Советом ИРА, затем, неловко помогая себе искалеченной рукой, закурил сигарету.

— Мы уже получили заверения о поддержке от Ирландии. Но сдержат ли они свое слово? – Он вопросительно посмотрел на меня.

— Уверен, что они выполнят свои обещания, – ответил я.

Меня ничуть не удивило, что ИРА обязалась поддерживать Ирак, уже много лет арабы были главными поставщиками оружия ИРА, и Совет ИРА едва ли мог отклонить просьбу своего щедрого благодетеля. Странно, что иль-Хайауин заговорил об этом со мной. Его последующие слова несколько рассеяли мое недоумение.

— Реакционные силы в Дамаске и Тегеране предложили нам выждать и посмотреть, насколько эффективны будут действия вооруженных сил Ирака, прежде чем мы развернем террор во всем мире, но мы отказались мириться с такой трусливой позицией. – Он затянулся сигаретой, как будто черпая силы из облака едкого дыма. – Мы ждем от вас действий, Шэннен.

— Я уверен, что вам не придется долго ждать, – сказал я, но про себя отметил подлинное значение слов иль-Хайауина. Если Дамаск и Тегеран призывают к осторожности, значит, в рядах палестинцев существует глубокий раскол. Некоторые из бойцов палестинского движения выступают на стороне Сирии, другие – на стороне Ирана, и, наконец, третья группа, возглавляемая иль-Хайауином, примыкает к Саддаму Хусейну. Этот раскол явно угрожал успеху тотального террора, и, поскольку эти планы рушились, он отчаянно пытался сохранить оставшиеся силы на нужных ему позициях. Он до такой степени потерял присутствие духа, что даже решился спросить мое мнение. Мне-то казалось, что ему нечего беспокоиться. ИРА прочнее всего связана с Ливией, а Ливия поддерживает Саддама Хусейна. – Ирландцы покажут себя, – заверил я его.