Книга Назову себя шпионом, страница 120 – Евгений Таганов

— Стало быть, ты хочешь получить часть этих сребреников себе? Сколько: половину или треть?

— Не знаю, как получится, — слегка смутился Алекс.

— А получится, что ты конкретно просто поучаствуешь в этом предательстве.

— Но ты ведь сам…

— Мы наказывали таких предателей смертью. Ты готов застрелить этих четырех ханыг, как ты назвал? Если да, то я с готовностью поучаствую.

Такой поворот Копылова сильно обескуражил.

— Ну а что, так им это и спустить? Сам говорил, что из-за этого списка тогда, в девяносто втором, предали из Москвы моих родителей. В суд на них, что ли, подавать?

— Десять лет прошло, эти их счета давно погашены или переведены в другое место. Да и гранты эти всегда были прикрыты чем-то вполне безобидным. Да и все они были тогда якобы борцами с коммунистическим режимом.

— Так что?..

— В эпоху интернета жизнь любого человека очень легко превратить в кошмар.

— А ты почему так не делаешь?

— Потому что я уже старый и немощный.

В переводе на понятный язык это означало: а ты наивный и неумный, и сам догадывайся, что нужно сделать.

Расстались они, так ничего конкретного и не выработав. Будем в режиме ожидания, как определил ситуацию Зацепин.

— У меня на следующей неделе понедельник и вторник будут выходными, — сообщила Вера. — Давай куда-нибудь съездим.

Первая библиотечная получка в шесть с половиной тысяч и пять тысяч гонорара «Светлобеса» жгли ей руки, и она сама рвалась оплатить поездку в Новгород или Выборг, но Алекс рассудил иначе: раз шенген в ее паспорте еще действующий, почему бы не скакануть на Саймаа, тем более в свете предстоящих расходов на фазенду хорошо бы и Норд Банк навестить.

— А с получки, если хочешь, прикупи харчей на эти два дня, — разрешил он ей.

Первый шок от сделанных видеозаявлений у него постепенно рассасывался, тем более что из Хельсинки события особенно не форсировали. От Алекса пока что всего и требовалось, это взять у Красной вдовы ее закрытый канал компьютерной связи, по которому ей можно было бы переправить видеозаписи. Он написал, Исабель дала успокаивающий ответ, а через некоторое время — и номер своего закрытого имейла, куда ей из Хельсинки и пошли сыновьи видеопризнания. Тут же пришел ответ, что все получено, и теперь они с Мигелем это изучают. Тон письма был нейтральным, под лозунгом «Нет повода для паники». И Алекс окончательно успокоился, так что момент для визита на дачу был самый подходящий.

— А нас с Евой почему не берешь? — удивился Жорка, когда отельер попросил у него ключи от машины (доверенность на джип оформлена была еще пару месяцев назад). После сданного в университет сочинения у него как раз появилась свободная пауза.

— Потому что два дня. Хочу невесте их посвятить, а не болтовне еще с кем-то.

— А не стрёмно одному-то?

— «И привычки у меня мужественные», — процитировал Алекс свое любимое выражение и взял с дружбана слово никому ничего не говорить, а тревогу, если что, поднимать не раньше полудня среды.

Так они с Верой и укатили прямо от входа в ее библиотеку в воскресенье вечером. Все дачники стояли в пробках назад в город, и только они почти в одиночестве мчались из Питера на запад. Четыре часа спустя уже открывали воротца дачи и заносили сумки.

— Не хуже той ларнакской виллы, и участок классный, — оценила Вера после подробного осмотра финской недвижимости.