Книга Миля над землей, страница 74 – Лиз Томфорд

Ощущение того, что его губы наконец касаются моих, а также его доминирующей власти надо мной, пронзает каждый нерв моего тела. Его желание воспламеняет кончики моих пальцев, растекаясь по груди и, что более заметно, по верхней части бедер.

Горячие губы прижимаются к моим, а затем находят путь к шее. И я не знаю, нуждалась ли я когда-нибудь в чьем-то прикосновении так сильно, как сейчас.

Он прижимает меня к стене своими бедрами, а я подсознательно прижимаюсь к нему, чувствуя, как он растет. Я уговариваю его, потираясь, извиваясь, выгибаясь всем телом и вызывая хриплое рычание у мужчины, который, кажется, всегда контролирует ситуацию.

Зандерс быстро убирает руки с моего лица и талии, стремительно перемещаясь к ягодицам и подхватывая меня, как будто я легче перышка.

Когда он несет меня к дивану, а я обнимаю ногами его талию, в голове у меня возникает мимолетное чувство застенчивости. Но Зандерс держит меня без малейшего напряжения и с легкостью садится.

Оседлав его, я даже через джинсы чувствую под собой, насколько он твердый. Прижимаясь к нему по всей длине, продолжаю двигаться и раскачиваться, пытаясь облегчить боль. Все это время его руки покоятся на моих ягодицах, сжимая и разминая.

Я обеими руками скольжу по его затылку, царапая ногтями кожу головы.

— М-м-м, – мурлычет Зандерс мне в рот. – А мне нравится.

Я прижимаюсь к нему ртом, двигая бедрами, получая столь необходимое трение о клитор, и прижимаюсь к твердой, как камень, эрекции, которую он прячет в штанах.

Пожалуй, «прячет» – неподходящее слово. Судя по тому, что я чувствую, особо скрывать тут нечего.

— Черт, – стонет он. – Так мне нравится еще больше.

Моя грудь наполняется уверенностью. У меня получается.

— Что еще тебе нравится?

Губы Зандерса слегка приподнимаются с одной стороны.

— Я бы хотел посмотреть, способен ли на что-то твой рот, кроме как мне перечить.

Мои ладони пробегают по всей его груди, натягивая на широких плечах рубашку.

— Тебе нравится, когда я тебе перечу.

Зандерс пытается сдержать понимающую ухмылку, снова целуя меня. Он берет в ладони мои ягодицы и шлепает по ним, а затем спихивает меня с колен.

Я соскальзываю с него и делаю шаг назад. Зандерс встает и возвышается надо мной, высвободив руки из рубашки и оставив ее на диване. Не сводя с меня прищуренных глаз, он расстегивает молнию на брюках и кивает, делая мне знак закончить работу.

Прикусив нижнюю губу, я встаю перед ним на колени. Мои пальцы цепляются за его брюки, стягивая их вниз. Они плотно облегают массивные ягодицы и бедра – характерные особенности фигуры хоккеиста, но, будучи стянуты с большей части мышц, собираются вокруг лодыжек.

Он все время наблюдает за мной.

Пока Зандерс сбрасывает ботинки и брюки, я не свожу взгляда с огромной выпуклости под его обтягивающими трусами. Я видела его в подобном скудном наряде каждый раз, когда мы летели в самолете, но я надеялась, что так кажется только с виду. Судя по всему – не кажется.

Я прижимаюсь к нему ладонью через ткань, заставляя Зандерса с шипением вдохнуть от этого ощущения. Поглаживая его по всей длине через ткань, я смотрю на него сквозь ресницы.

— Не дразни меня, милая. – Зандерс предупреждающе проводит подушечкой большого пальца по моей губе. – Прекрати, твою мать, играть и достань его.