Книга Неуловимая подача, страница 208 – Лиз Томфорд

Это кажется символичным.

Жалкий стон подкатывает к горлу, потому что да, теперь я тот человек, который может поплакать над разбитой рамкой. Думаю, именно это происходит, когда начинаешь испытывать привязанность.

Я осторожно кладу ее на стол обратной стороной вверх, пообещав себе купить новую рамку, когда вернусь со встречи с Мэйвен. Отгибаю зубцы и отсоединяю заднюю панель, чтобы вытащить фотографию, надеясь, что она не поцарапалась при падении.

И когда я разбираю эту штуку, становится виден почерк Кая: надпись на обратной стороне фотографии.

Наши имена – Макс, Миллер и Малакай – сопровождаются датой и годом, а внизу – небольшая надпись.

Я надеюсь, что где-то там ты находишь свою радость, потому что именно благодаря тебе мы нашли свою.

И вот так, на восьмой день, я снова чувствую себя разбитой.

— Я слежу за вашей карьерой с тех пор, как училась в кулинарной школе, – признаюсь я, как фанатка, которой я и являюсь. – Вы проводили четырехдневный семинар по бриошам. Смешивание, придание формы, расстойка^[78], выпечка – все это, и я не думаю, что раньше я была в таком восторге от хлеба.

— Я помню. Мне кажется, я набрала около тридцати фунтов, путешествуя по стране и ведя этот курс. – Мэйвен подносит к губам свой эспрессо. – Вы впечатляете, шеф. Я с удовольствием наблюдала за вами вчера вечером.

— Как и вы. Ваша линия… хорошо подготовлена. – Я дую на свой латте, помогая ему остыть.

— Они самые лучшие, и я с нетерпением жду, когда вы присоединитесь к нам на следующие три месяца. Мне не терпится узнать, какие изменения вы планируете внести в десертное меню.

Я достаю блокнот и ручку и кладу их между нами на стол. Страницы заполнены идеями о том, как использовать все свежие калифорнийские осенние фрукты. Я не знаю, что вдохновляло меня с тех пор, как я приехала сюда на прошлой неделе, но вместо этого я боюсь позволить своему разуму успокоиться. Чтобы дать ему возможность скучать по всему, что я оставила позади.

— У меня в голове крутится блюдо из граната, с которым мне не терпится поэкспериментировать, – объясняю я, пока Мэйвен листает страницы моего блокнота.

— Почему вы до сих пор не открыли свою кондитерскую? Если бы в проекте фигурировало ваше имя, к вам бы выстроилась очередь.

— Я, э-э-э… никогда не испытывала желания оставаться на одном месте достаточно долго, чтобы это сделать. Мне нравилось переезжать в новый город каждые три месяца.

Она кивает, продолжая листать мои записи.

— А здесь вам еще нравится?

— Хм?

— Вы сказали «нравилось». Вам все еще это нравится?

Ее карие глаза поднимаются от страниц и находят меня.

Я ошеломленно молчу. Делаю глоток своего чая.

— Не буду лукавить, идея немного утратила свой блеск.

Она усмехается, закрывает блокнот и отодвигает его на мою сторону стола.

— Мой вам совет после двадцати лет работы в индустрии: перестаньте демонстрировать свой талант окружающим. Напишите на нем свое имя и владейте. – Она снова подносит к губам эспрессо, улыбаясь из-за крошечной чашечки. – Конечно, после того, как пожертвуете мне часть этой осени.

Посмеиваясь, я убираю блокнот обратно в сумку.

— Извините, что у нас пока не было возможности вот так посидеть, – продолжает она. – Вы знаете, насколько напряженным бывает время подготовки, и я уверена, вы заметили, что я работаю только в две обеденные смены в неделю.