Книга Любовь и прочие парадоксы, страница 112 – Катриона Силви

Но теперь эта ущербная, в корне ошибочная попытка завязать отношения, пора для которых еще не пришла, будет мрачной тенью преследовать любое будущее, которое они попытаются выстроить вместе. Когда взгляд Дианы упадет на Джо, то она увидит не интересного незнакомца, а того самого Джо, который когда-то уверил себя в том, что он в нее влюблен, а потом отверг ее.

Мысль поразила его всей своей мощной, сокрушительной силой. Значит, он никогда не испытает той любви, которая описана в стихах. Он упустил этот шанс, да еще и уничтожил таким образом сами стихи, замарал их совершенство, как какой-нибудь несмышленый карапуз, балующийся цветными мелками. Теперь они стали реликвией из утраченной реальности. Прекрасное будущее, которое, как он полагал, ждало его, теперь исчезло, и вернуть его невозможно.

Чудовищность постигшей Джо катастрофы была слишком велика, до конца осмыслить ее он был не в силах. Джо вспомнил, что сказал Изи, как осудил ее за желание переписать историю. Сейчас обвинение казалось совершенно пустым. Если бы он мог сейчас войти в кротовую нору и перезапустить последние месяцы, он бы сделал это не задумываясь.

Морщась от боли, Джо потянулся к ботинку, чтобы достать телефон. Номер Дианы он заблокировал, будто бы так можно было вернуться к точке, когда они еще не познакомились. Тем не менее на душе стало немного легче.

Его вдруг охватил безумный порыв. А если символически пойти на попятную, отказаться от всего, что он успел натворить с их встречи, может быть, судьба сжалится и даст ему еще один шанс?

Свесив ногу с кровати, Джо сел. Он все еще был одет в то, в чем пришел на поэтический вечер; правда, одна штанина джинсов до перебинтованного места была отрезана, и получились нелепые, недоделанные шорты. Он с отвращением стащил их и швырнул в угол. Натянул свою старую, видавшую виды одежду – джинсы с дырками и свитер, про который, по мнению Изи, и говорить нечего. Принял еще таблетку обезболивающего, встал на костыли, выданные в больнице, вышел и медленно спустился по ступенькам.

Джо аннулировал все, что только можно было аннулировать. Рубашку, которую он купил вместе с Изи, отдал в благотворительный магазин, испорченные брюки выбросил в мусорный бак на Берли-стрит. Потом отправился на улицу, где впервые увидел Диану и продекламировал ей слова из стихотворения, которое никогда не будет написано. Теперь он прочитал его в обратном порядке, а потом с мрачным видом прошагал к колледжу спиной вперед под шуточки и смех изрядно озадаченных странным зрелищем туристов. Обычных туристов: путешественники во времени так больше и не появлялись.

— Здесь не на что глазеть, – пробормотал он, спиной вперед поднимаясь по лестнице. – Спектакль окончен.

Джо навестил все места, где побывал с Дианой, и каждый шаг задом наперед приближал его к лучшему миру – тому миру, где он не разрушил то, что еще даже не случилось. Он нанял лодку и проделал весь их путь наоборот – от моста Магдалины до пруда Милл-Понд, причем несколько раз чуть не свалился в воду. Экскурсоводы в других лодках между тем комментировали для туристов: суеверные студенты Кембриджа и не такое проделывают, чтобы не провалиться на экзаменах. Хорошо бы выбраться на тайную террасу и спиной вперед пройти по карнизу к зубчатым стенам, но он ведь уже не бессмертный, а погибнуть, пытаясь аннулировать совершенное безрассудство, было еще глупее, чем погибнуть, его совершая.