Книга Цветение кувшинок, страница 35 – Мари-Кристин Шартье

Мне не терпится увидеть Валери, мою лучшую подругу. С этой женщиной у меня меньше общего, чем с кем бы то ни было, и в то же время именно она всегда примет меня такой, какая я есть. И я ее тоже. Не в пример мне, Вэл еще совсем юной выработала свой жизненный план: дом, замужество, дети. И в точности его исполнила. У нее железная воля, это меня в ней восхищает, хотя представления о счастье у нас совершенно разные.

Такси высаживает меня перед ее большим домом в пригороде (плакатно красивым, как я люблю повторять, что ее сердит, но и смешит, потому что она знает мою нелюбовь к пригородам). Некоторое время стою неподвижно у входа в гараж, смотрю на дом, такой беленький, такой чистенький… по образу и подобию ее брака, вот!

На ее свадьбе мы с Максом впервые появились как пара. Мы были вместе уже несколько месяцев. Конечно, успели посвятить самых близких людей, в том числе Вэл, но мы же неделями почти не выходили из кондоминиума Макса. Нам надо было наверстать четыре года сексуального напряжения.

Как бы то ни было, мы с Максом не видели смысла делать официальной объявление. Большинство наших друзей уже считали нас парой. Все наше окружение давно уговаривало нас не дурить и признаться наконец в своих чувствах – Вэл первая. Так что нам еще и хотелось избежать пресловутого «Мы же вам говорили». Наконец, начало романа, да еще такого бурного, как наш, так дорого сердцу, что мы не хотели им ни с кем делиться.

Помню, в тот вечер Макс пришел в светло-сером костюме. На мне было длинное голубое платье, как и на других подружках невесты, по желанию Валери. Стоял май, было уже жарко. Церемония вышла очень традиционная, и Макс бросал на меня насмешливые взгляды, когда доходило до откровенных штампов. Я изо всех сил старалась не рассмеяться. Вэл не простила бы мне, если бы я разбила чары этого события, которого она ждала годы.

Свадьбу устроили в гольф-клубе. Был большой шатер, множество светящихся гирлянд и потрясающий буфет. Вечер удался. Когда мы танцевали на деревянных подмостках, установленных для такого случая, Макс шепнул мне на ухо:

— Хотел бы я и это платье порвать.

Меня обдало жаром от этого намека на наш первый раз. Мы не смогли дождаться конца вечеринки и скрылись в туалете.

— Ты уже меньше меня хочешь, – пошутила я, показывая на свое уцелевшее платье.

— Дело не в желании, дело в ловкости рук, – возразил он. – И потом, это платье так легко задрать.

Мы вернулись на танцпол под неодобрительным взглядом Валери, которая поняла, что произошло.

— Ну знаешь, трахаться на моей свадьбе, – шепотом отчитала она меня, когда мы брали в баре десерт.

Я обняла ее и поправила:

— Заниматься любовью, Вэл, любовью. Брось, мы же на свадьбе!

Как она ни пыталась сохранить сердитый вид, хорошее настроение пересилило. Подруга только обняла меня крепче и прошептала:

— Долго же вы двое тянули!

Я скучаю по тому времени. И все же, когда я смотрю на Макса, до сих пор чувствую где-то в животе это совершенно безумное ощущение, которого никто кроме него не может во мне вызвать. Я всегда терялась от силы моего желания.

До такой степени, что в первый раз, когда он не захотел заниматься любовью, я решила, что он меня больше не любит. Я-то хотела как прежде. Надо сказать, что мы долго себе в этом отказывали. Для меня близость с Максом была одновременно моментом, когда я призналась себе, что люблю его больше, чем как друга. Потом пришлось много работать над собой, чтобы понять: если мы меньше занимаемся любовью, это не значит, что меньше друг друга любим. Просто идет время, заедает быт, накапливается усталость… Я знаю, что он любит меня, даже когда мы не прикасаемся друг к другу. Даже теперь, когда он прикасается ко мне куда меньше, чем раньше…