Книга Шрам, страница 66 – Эмили Макинтайр

— En garde!^[3] – кричит он.

Пока я направляюсь к мальчику, в груди разливается тепло. Я невольно задумываюсь над тем, как можно быть настолько жестоким по отношению к невинной душе.

Остановившись в нескольких метрах от Саймона, я смотрю, как он сражается на мечах с воздухом. Сердце сжимается от боли, стоит мне вспомнить синяк под его глазом и голос, дрожащий от подступающих слез. Неужели он здесь один, потому что ему не с кем играть?

— Держи запястье прямо, – обращаюсь я к мальчику.

Он оборачивается, смотрит на меня, прищурив глаза.

— Привет, леди! – восклицает Саймон, направляясь ко мне. – Да что ты знаешь о драках?

— Больше, чем ты думаешь, – усмехаюсь я. – Подойди сюда – я покажу, что нужно делать.

Я зову его, и мальчик подбегает, одаривая меня красивой зубастой улыбкой.

Я разворачиваю его за плечи, поднимаю его руки, чтобы они находились передо мной, выпрямляю его осанку. Потом пробегаюсь пальцами по верхней стороне его рук, слегка подталкивая.

— Ты очень напряжен, Саймон. Тело не станет слушаться, если ты будешь жестким, как доска.

Как только мышцы его расслабляются, он берется за рукоять своего меча.

Я накрываю ладонью его руку:

— Будь как вода. Плавным и быстрым.

— Как вода? – он морщит нос.

Я двигаю его руку, показывая технику, которой учил меня отец, когда я была в возрасте Саймона.

А потом отхожу, дав ему возможность продолжить самостоятельно.

— Все верно, Саймон. Вода – самая могущественная из стихий. Спокойная, когда нужно, и яростная, когда ее злят. Никогда не суди о силе по одному внешнему виду.

Он кивает, вытаращив глаза:

— Как ты стала такой умной?

Я смахиваю с рукава невидимые ворсинки.

— Леди много чего известно.

— Правильно, никогда не стоит недооценивать женщину. Особенно эту, – раздается чей-то голос у меня за спиной.

От этого звука сердце замирает. Я оборачиваюсь и сталкиваюсь с широкой грудью и сияющей улыбкой.

— Дядя Раф, – задыхаюсь я. – Что ты здесь делаешь?

Его светло-голубые глаза сияют, оглядывая меня с головы до ног.

— Здравствуй, милая племянница, – здоровается он, тяжело опираясь на темную деревянную трость.

— Кто вы? – вклинивается Саймон, встав передо мной и направив меч в грудь Рафа.

Дядя опускает голову, и его улыбка вмиг увядает: он понимает, кто его допрашивает.

Я сужаю глаза. Потребность защитить Саймона разгорается в крови, как огонь.

— Это мой дядя, Рафаэль Битро, – я кладу руку на плечо Саймона. – А это его величество, – поясняю я Рафу, распахнув глаза.

Саймон переводит взгляд на меня.

И тут у меня перехватывает дыхание: я впервые осознаю, что его янтарные глаза имеют поразительное сходство с глазами Майкла.

В груди становится тесно.

Этого не может быть. Неужели это его отец?

Дядя Раф смеется:

— Ты, наверное, шутишь.

Я качаю головой:

— Нет, он король. Разве ты не знаешь, как принято приветствовать королевскую особу?

Грудь Саймона раздувается.

— Да. Я король, – он вонзает острие меча в ногу дяди, и я едва сдерживаю смех. – Склонитесь передо мной.

Раф поглядывает на нас, не желая мне подыграть. Его поведение вызывает во мне прилив гнева.

— Тигренок.

Услышав этот голос, я тотчас оживаю.

Мне хватает всего одного слова, чтобы в сердце зажглась искра. Я чувствую, как напрягается позвоночник, и ненавижу себя за реакцию своего тела.