Книга Несмеяна для босса, страница 85 – Алёна Амурская

Мне… хорошо.

Горячая волна захлестывает с ног до головы под властным мужским напором, сосредоточившись где-то в животе сладкой дрожью, а бёдра наливаются напряжением. Колени мелко подрагивают. Я хватаюсь за края стула, чтобы не провалиться в это чувство, не исчезнуть целиком. Чувствую, как Короленко водит рукой по моей спине… вверх и вниз… почти маниакально точно, словно хочет запомнить каждую выемку, каждый изгиб моего тела в максимально точных очертаниях.

Воздуха не хватает… Но мне всё равно.

Когда он, наконец, отрывается, мы оба дышим тяжело, как после бега. Его лоб касается моего. Некоторое время Короленко держит меня обеими руками, крепко, не отпуская, а затем мягко прижимает мою голову к своей груди, целуя ее сверху легко-легко, почти неощутимо.

Его голос, низкий и хрипловатый, спрашивает меня приглушенно:

— Ты видела утром свою резинку для волос?

— Да, - шепчу я, блаженствуя от прикосновения его губ к своему виску. - Серенькая такая, с трилистником. Я думала, что потеряла ее, а она всё это время была у тебя…

— Два года держал эту проклятую штуковину в бардачке своей машины, - глухо говорит Короленко. - Не смог выбросить. Даже когда злился на тебя до чёртиков.

Я опускаю голову.

— Прости…

— Не надо. Не извиняйся больше, - шепчет он. - Лучше останься рядом со мной и прекрати избегать. Яна…

Его руки сильные, тёплые. В них нет ни спешки, ни грубости, только надёжность, которая обезоруживает. Он всё трогает и гладит меня, словно не может заставит себя прекратить. Словно каждую секунду проверяет, доверюсь ли я.. и происходит ли это с нами на самом деле, в живой материальной реальности, а не во сне.

Я улавливаю это, потому что чувствую то же самое. Опасение, что всё это всего лишь приятный сладкий сон.

— Ты даже не представляешь, как я устал играть в эти игры разума с тобой, - внезапно признается Короленко, скривив губы. - Ты была у меня в списке “не трогай, не лезь, забудь”. Удобно, логично. Но, видимо, мозг свой я всё-таки проиграл. И теперь ты - официально моя личная глупость. И я с ней мирюсь. Так что да, я тебя себе разрешил. И отказываться не собираюсь. Поняла, наконец?

Я смотрю в его глаза, и не понимаю, как вообще раньше могла избегать этого взгляда. В нём тепло, напряжение, желание, боль и терпение. Всё сразу. Он медленно наклоняется ко мне, как будто даёт мне шанс остановить его… и снова целует.

Я не двигаюсь.

Этот поцелуй на этот раз не такой агрессивный, как первый. Он тёплый, медленный и глубокий. Короленко касается меня сначала легонько, нежно лаская припухшие, зацелованные им же самим губы… а затем углубляет его, наслаждаясь каждым прикосновением вместе со мной.

Его ладонь ложится на мою талию, другая - к шее, чуть касается кожи, отчего мурашки пробегают по спине. Он не торопит. Целует меня так, будто у нас впереди вся жизнь, чтобы говорить, а сейчас — время только чувствовать.

Когда Короленко отстраняется, дыхание у нас обоих снова прерывистое, как у бегунов на короткой дистанции. Он смотрит на меня так, будто именно здесь, именно сейчас он нашёл то, чего не мог найти долгое время. Его рука остаётся на моей щеке, он мягко проводит по ней большим пальцем.

— Ты можешь не бояться меня, Яна. Никогда больше не бойся.

Я делаю крошечное движение вперёд и просто кладу голову ему на грудь. Он обнимает - не как мужчина, добившийся своего, а как тот, кто клянётся защищать. Я замираю в его руках, и впервые за долгое время мне не страшно.