Онлайн книга «Ранчо горячих свиданий»
|
Черт, неужели я произнес это вслух? — М-м… ага, – ответил я. — То есть ты все это время так его называл про себя? Я сглотнул. — Ну да. Она помолчала еще несколько секунд, а потом сказала: — Знаешь что? За всю свою жизнь я еще не слышала более удачного названия! Не могу поверить, что все эти месяцы ты его скрывал! — Что, прости? — Правильно извиняешься! А теперь тащи сюда, прямиком на небеса, свою задницу в кожаных штанах – и я лицом к лицу скажу все, что о тебе думаю! Ответить я не успел – она повесила трубку. Сегодня я вернулся в Большой дом верхом на Зигги, так что, вместо того чтобы брать машину, снова вскочил в седло и тронулся в путь. Вейлон бежал с нами рядом. С начала ремонта я стал меньше ездить верхом – до Небесного дома было удобнее добираться на колесах. К тому же автомобиль обеспечивал мне возможность по вечерам оставаться с Адой в одной кабине. Не знаю, ездила ли Ада когда-нибудь верхом. Что-то мне подсказывает, что нет. На миг представилось, как мы с ней скачем вдвоем на одном коне: она прижимается ко мне спиной, ногами я обхватываю ее ноги… Что ж, может, сегодня и попробуем? Прибыв на место, мы с Зигги и Вейлоном увидели, как шестеро рабочих втаскивают в дом какой-то огромный прямоугольник. Я заподозрил, что это кухонная стойка: Ада выбрала для нее зеленый мрамор, и в самом деле, между слоями упаковочной ткани мелькало что-то зеленое. Привязав Зигги к столбу возле дома, я вошел вслед за рабочими внутрь. Командовал здесь Эван: под его «Легче, легче!», «Не так быстро!» и, наконец, «Вот теперь хорошо!» – мраморная стойка водворилась там, где ей предстояло остаться на много лет. Я несколько дней здесь не был – и теперь, оглядываясь вокруг, удивлялся тому, как быстро меняется дом. Особенно после всех «тормозов» на прошлой неделе. Полы уже почти готовы – их заканчивают настилать прямо сейчас. Оштукатуренные стены просохли, готовы к покраске и поклейке обоев. Кухонные шкафы нужного цвета будут здесь завтра, а встроенный гардероб уже в гостиной. Сводчатые потолки с дубовыми балками и участки оголенной кирпичной кладки на стенах придают дому какую-то особую атмосферу – сочетание первозданной простоты и уюта. Но больше всего мне нравился камин. Сколько я себя помнил, он был обшит досками, но в прошлом году на чердаке я раскопал старую фотографию, на которой камин выглядел каменным. Увидев это фото, Ада сняла деревянные панели, хоть это и потребовало немало труда. Теперь величественный домашний очаг, с винтажными мраморными уголками и позолотой, восстановленный во всем своем первоначальном блеске, стал естественным центром гостиной. В каждой детали – ощущение «еще немного, и закончим!», от которого у меня радостно сжималось сердце. Я гордился тем, как мы сумели преобразить этот дом, и еще больше – женщиной, без которой ничего бы не вышло. Она в самом деле гениальный дизайнер; все, что я вижу вокруг, – ее достижение, а я счастлив стать ступенькой к ее успеху. Кстати, об этой женщине: сейчас она стояла в углу, с карандашом за каждым ухом и со стилусом во рту, и смотрела что-то у себя в айпаде. Словно почувствовав мой взгляд, она подняла глаза. Увидела меня – и одарила тихой улыбкой, моей любимой. Ада так мне улыбается, как будто напоминает о секрете, известном только нам двоим. |