Книга Ранчо страстных признаний, страница 63 – Лайла Сэйдж

— Отличный конь для новичков, – заметил я.

Уэст подошел и почесал Хьюи за ушами:

— Слышал, Хьюберт? Городские девчонки тебя обожают.

Хьюи тихо заржал, как будто соглашаясь.

— Я знал, что он будет дамским угодником, – вставил отец.

Он купил Хьюи на аукционе – сказал, что у того добрый взгляд. Я так и не понял, что это значит, – наверное, такое приходит с опытом.

— Нам нужны Пич, Пеппер, Уинстон, Док и Эпплджек, – сказала Эмми, беря два недоуздка. – И возьмем с собой Муншайн.

Муншайн была старой – почти тридцать лет, – но все еще в отличной форме. Если так и дальше пойдет, у нее еще лет пять верховой езды впереди. Хорошая лошадь. Когда Ада, девушка Уэста, еще не привыкла к лошадям, она всегда выбирала Муншайн.

Мы с Эмми и Уэстом начали надевать недоуздки на лошадей. Эпплджек, этот старый хитрец, пытался от меня улизнуть, но я все равно его поймал.

— Что-то ты подзаржавел, Густ, – поддразнил меня брат.

— Да пошел ты! – крикнул я в ответ.

По гравийной дороге подъехала машина. Подняв голову, я увидел серебристый «додж» – к конюшням приближался ветеринар.

Доктор Бовски, или просто Джейк, или ветеринар, был человеком городским. Работал в центре, ни разу в жизни не прицеплял к пикапу трейлер. Тем не менее у него был этот жутко здоровенный грузовик. Я ничего против него не имел, но его тачка с этими навороченными допами казалась мне слишком пафосной.

А когда он выбрался из машины, я заметил, что на нем были ковбойские сапоги. Какого черта, зачем ветеринару сапоги и ковбойская шляпа?

Джейк начал осмотры, работа пошла без остановок – лошадей заводили и выводили обратно. В семейном табуне было тридцать лошадей, так что день обещал быть долгим.

Спустя час мы закончили с пенсионерами и я пошел за Мавериком – старой лошадью Хэнка.

Тут я услышал звук подъезжающего квадроцикла, и Маверик вдруг заволновался, замотал головой, захлопал хвостом. Я пристегнул недоуздок и повернулся посмотреть, что его так оживило.

Тедди и Райли шли к загону, держась за руки. При виде их вдвоем у меня чуть не перехватило дыхание.

Неизменный хвост рыжих волос раскачивался из стороны в сторону в такт шагам Тедди. На ней были коротенькие джинсовые шорты, едва заметные под огромной футболкой с Долли Партон, – похоже, это был ее любимый наряд. А еще ковбойские сапоги. Одной рукой она держала Райли, а в другой несла пакет с… конфетами «Твизлерс».

Дочь увидела Эмми, что-то сказала Тедди, та кивнула. Райли сорвалась с места, бросившись к тетушке, которая встретила ее с распростертыми объятиями.

Тедди пошла ко мне. Я вдруг понял, что застыл на месте и так и не вывел Маверика из загона.

Она протянула руку:

— Давай я возьму его.

Я молча передал ей поводья, все еще находясь в ступоре.

Черт, я-то думал, у меня будет больше времени осмыслить наш утренний поцелуй.

Но вот она снова здесь. И я хочу ее поцеловать. Снова. И снова. И снова.

Маверик громко фыркал и бил хвостом по бокам, радостно встречая Тедди.

— Рассказывай, Мав, – сказала она, обняв его за широкую шею.

— Привет, – наконец-то смог выдавить я.

— Привет, – спокойно ответила она.

Почему ее голос был таким спокойным?

Мое сердце колотилось так, будто вот-вот вырвется из груди, а она просто… нормально себя чувствовала? Она сама попросила меня не уходить, не причинять ей боль снова, а теперь ведет себя так, будто ничего не произошло?