Книга Брак по расчету, страница 139 – Фелиция Кингсли

А чего хотят все эти парни внизу?

Что там лопочет эта… как ее там… Таня?

Эй! Какой-то парень поднялся на возвышение прямо рядом с Джеммой и кладет руки ей на талию!

Не то чтобы мне особенно нравится парень, который забрался на диджейский подиум.

И руки слишком распускает.

И ну весь такой… слишком! Мускулистый до почти неестественного состояния, загорелый, волосы напомажены, одежда слишком обтягивающая для мужчины. Просто вульгарно, тут и тени сомнений нет. Но зато Эшфорду хорошо меня видно отсюда! Вот и пусть смотрит!

Пока он флиртовал с этой незаметной блондинкой…

Получай! Полюбуйся!

К дьяволу Тамару и к дьяволу спор! Джемма не поедет домой с этим типом!

Кручусь вокруг своей оси, пытаясь стряхнуть руки незнакомца, чьи прикосновения особого удовольствия не доставляют, но, когда поворачиваюсь, с изумлением вижу Эшфорда, который поднялся на подиум и встал прямо между мной и тем парнем.

— Не хочу устраивать скандал, но руки прочь от моей жены! – слышу я его голос.

— Твоей жены? – недоверчиво переспрашивает тип.

Эшфорд вместо ответа поднимает мою левую руку, показывая ему обручальное кольцо:

— Это видишь?

— Успокойся. И лучше не оставляй свою жену одну, – возмущается тип, спускаясь на танцпол.

— Можешь не сомневаться, – отвечает Эшфорд.

— «Руки прочь от моей жены». Как по-собственнически звучит, – замечаю я.

— Мне не нравится, когда кто-то другой трогает то, что принадлежит мне.

— Я тебе не принадлежу, и вообще идея вечера была в другом, – возражаю я, но не слишком уверенно.

— Идея изменилась. – Голос у него серьезный.

— Ты не будешь скучать по той блондинке на диване? – Какая-то часть меня хочет выяснить все о том, что мне показалось настоящим флиртом, от которого у меня кровь кипела в венах еще минуту назад.

Эшфорд притягивает меня к себе, будто и не слышал последнего вопроса.

— Потанцуй со мной.

— Что? – Еще искреннее удивиться я бы не смогла.

— Потанцуй со мной. – Эшфорд снимает меня с подиума, обхватив за талию.

Его рука сжимает мою, и он ведет меня к центру танцпола.

— Там, наверху, я чувствовал себя как на витрине, – замечает он.

Не знаю, что и ответить. Здесь, среди толпы, мы стоим так близко, почти прижимаемся друг к другу, как никогда раньше.

— Знаешь, чего бы мне хотелось? Чтобы ты повторила то движение, которое я только что видел.

Пустота, в голове ничего нет. Я с трудом могу отвести взгляд от его глаз, только чтобы проследить за движением губ.

— О чем ты говоришь?

— Об этом. – Он сжимает мою талию, притягивает к себе, слегка подталкивая, и мой таз начинает двигаться вместе с ним, мягко и медленно.

Во рту у меня пересыхает.

— Эшфорд, ты сколько джинов с тоником выпил?

Он смотрит на меня, и выражение его глаз абсолютно серьезно:

— Ни одного. Никогда не был трезвее. А ты?

Отрицательно мотаю головой. Я ему верю. Алкоголем не пахнет. От него пахнет только одеколоном «Аква ди Парма» и чуть-чуть потом. Никакого джина. Только Эшфорд.

Он прижимает меня к себе и, водя руками вверх и вниз по моей талии, направляет мои движения медленными тягучими жестами, с жаром, который я в нем никогда прежде не видела.

Не могу не слышать откровенные слова играющей в клубе песни, которая будто говорит обо мне, и если Эшфорд тоже вслушивается в слова, могу сказать, что мы в шаге от пропасти и вот-вот полетим вниз в свободном падении. И вот снова!