Книга Девушка из другой эпохи, страница 193 – Фелиция Кингсли

— Джейн, – зовет горничную Аузония, одновременно с этим раздражающе громко звоня в колокольчик. – Принеси бумагу и чернильницу.

Прибежавшая девушка устраивает на столе переносной набор писчих принадлежностей.

Аузония пододвигает его ко мне:

— Прошу.

— Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас написала письмо?

— Уделив особое внимание моей красоте, грации, манере себя вести, доброте, кротости…

— Скромности, – добавляю я себе под нос.

— И моему приданому в двадцать пять тысяч фунтов, – заканчивает она. – Пиши.

Наш дом становится похож на подпольную копировальную мастерскую.

Я пишу историю Эмили, начиная с того, как ее тело обнаружили под видом мумии в доме у Латиморов. Тетя Кальпурния переписывает все письма Эмили и зашифрованные сообщения под диктовку дяди Элджернона, и, наконец, Арчи, главный инженер семьи, копирует чертежи подводных лодок: Торпу, по понятным причинам, покажут оригиналы, после чего их вернут регенту.

Леди Джорджия пока остается в доме леди Селесты, и вместе они заботятся о Пенни.

Рид сидит рядом со мной и переписывает мои корявые – действительно очень корявые – черновики своим красивым почерком, так как я, несмотря на все старания, так и не научилась справляться с пером и чернилами, а ошибки допустить нельзя.

Если бы только у нас был фотоаппарат и принтер! Или хотя бы ксерокс.

Надо учитывать, что, оставшись в девятнадцатом веке, я навсегда лишусь Wi-Fi.

Но у меня есть Рид.

— Ты так прекрасна, когда сосредоточенна, – шепчет он мне на ухо. – Может, даже слишком – тебе нужно сделать перерыв, – подмигивает мне он, кивая на французские окна, выходящие в сад.

— Э-э, думаю, я выйду в сад на несколько минут. – Я потягиваюсь и встаю. – Подышу воздухом.

Рид встает следом:

— Я тебя провожу.

— Только двери оставьте открытыми и оставайтесь там, где я буду вас видеть, – велит тетя Кальпурния, не оборачиваясь.

Как только мы выходим из дома, Рид сразу же утягивает меня в тень живой изгороди и прижимает к себе, чтобы поцеловать.

— Даже не знаю, ненавидеть твою тетю или любить.

— Почему?

— Потому что она не дает мне оставаться с тобой наедине столько, сколько мне бы хотелось.

— Тогда ты должен ее ненавидеть.

— Но эти запреты позволяют мне больше наслаждаться теми краткими моментами, которые нам удается провести вместе. – Он целует меня в шею, что, как он уже хорошо знает, лишает меня последних сил спорить.

Я вздыхаю и обнимаю его.

— Я скучаю по твоей постели.

— И моей постели не хватает тебя. – Рид собирает подол моего платья в горсть и поднимает. – Но для получения удовольствия не всегда нужна кровать.

— Рид, – обеспокоенно выдыхаю я, проверяя, не появилось ли у нас нежеланных зрителей. – Что ты задумал?

Его рука приглашающе скользит по внутренней стороне моих бедер.

— Это.

— Но у нас секретная операция! – возражаю я, хоть и не особенно уверенно. К сожалению, руки Рида не только способны меня раздевать, но также и лишать всякой способности думать, стоит только мне ощутить их прикосновение.

— Тебе нужно отдохнуть, да и мне тоже.

— В нескольких шагах мои родные… о боже! – Даже от его первой ласки у меня подгибаются колени.

— Так что постарайся не шуметь.

— Я хочу заняться с тобой любовью, – всхлипываю я, дергаясь от сладкой пытки его пальцев. – Я скучаю по тебе.