Книга Кулинарная школа в Париже, страница 29 – Софи Бомон

Она решила не утруждать себя ответом. Эти слова послали волну ярости по ее телу, но если она не отреагирует на его покровительственную чушь, это взбесит Джоша только сильнее.

И ее это не волновало. Вот что они, кажется, не осознавали. Они отчаянно хотели, чтобы она продала акции, но те ее совершенно не заботили. Даже если «Ресмонд» потонет и она все потеряет, ей было плевать. Эта мысль освобождала ее.

Улица, по которой она шла, выходила на огромную площадь Бастилии. К ней сходились несколько улиц, и автобусы, машины и мотоциклы шумно проносились мимо со всех сторон. Чтобы достичь островка в центре с возвышающейся над площадью Июльской колонной, посвященной падению Бастилии, нужно было дважды пересечь дорогу. Кейт ожидала совершенно другого и не стала задерживаться. Она обнаружила спуск, который, как она думала, вел к реке, поэтому она направилась в ту сторону и в конце концов обнаружила несколько ступенек, ведущих вниз, к крытой галерее у воды.

Это была не река. Это оказался канал. Начало канала Сен-Мартен, как она выяснила, проверив телефон. Пройдя далее, она вышла к участку, где вода была перекрыта шлюзом, образуя маленький тихий порт, где друг за дружкой были пришвартованы десятки – нет, даже сотни – лодок. Это был порт де Л’Арсеналь, и стояли тут плавучие дома различных размеров, типов и цветов. В большинстве из них жили люди, судя по радостным шторкам на окнах и цветах в горшочках на палубах. На некоторых были развешаны гирлянды, другие были выкрашены в яркие цвета, а третьи выглядели сдержанно, но опрятно. Закрытое со всех сторон высокими стенами, в которых не наблюдалось выходов, окруженное тянущимися вдаль набережными, кое-где вымощенными булыжником, это место казалось практически иным миром. Безмятежная прибрежная деревушка, но с раздающимся где-то вдали шумом города, очертания которого возвышались над обеими сторонами портовых стен. Когда Кейт остановилась, чтобы сделать несколько фотографий, появилась пара лебедей и заскользила по воде меж лодок, и она была так зачарована этим зрелищем, что едва не забыла запечатлеть его на телефон. Она уже собиралась отправиться дальше, как ее поразило странное чувство – сзади кто-то толкнулся в ее ноги.

Это была маленькая, но крепенькая собачка, выглядящая так, будто сошла с иллюстрации детской книги – пушистая белая шубка и бусинки черных глаз на задорной мордочке. Она чем-то походила на пуделя, но пуделем не была. Черные пуговички глаз рассматривали Кейт с таким невинным любопытством, что ее сердце тут же растаяло. Присев так, чтобы оказаться на одном уровне с собакой, Кейт протянула руку, которую та тут же обнюхала, а затем вопросительно взглянула не нее.

— Привет, что ты здесь делаешь? – спросила она по-английски. Пес коротко гавкнул, словно говоря: «Что это за вопрос?» или может «Говорите на французском, леди!»

Представив это, Кейт не смогла сдержать улыбки.

— Хорошо, – продолжила она на французском, потрепав собаку по уху, – откуда ты взялась?

— Извините. Она вас побеспокоила? – Мужчина, казалось, выплыл из ниоткуда, но вскоре Кейт поняла, что он появился с прибрежной тропы позади нее.

— Нет, вовсе нет, – ответила она, поднимаясь на ноги. – Она… она очень… – Какое слово использовалось для описания чего-то милого? Jolie? Belle? Нет, не совсем то. Затем она вспомнила, что французы в наши дни часто используют слово «классная», так что она закончила фразу: – она очень классная!