Книга В этот раз по-настоящему, страница 37 – Энн Лян

Короче говоря, в любовь я верю. Правда-правда. Просто сомневаюсь, что именно такую любовь однажды встречу и я.

— Так, расскажи мне все.

Я вытянулась на кровати, одетая в старую кофту и клетчатые пижамные штаны, а мой ноут опасно балансирует на вершине мини-горы из подушек. Бо́льшую часть экрана занимает лицо Зои – в свете лампы у ее кожи неестественно-бледный оттенок. Она тоже у себя в спальне. Я вижу забитую книгами полку позади нее и полароидные снимки, прикрепленные к стене. Наши общие фотографии прошлых лет.

От одного взгляда на них я начинаю скучать еще сильнее – ностальгия пробирается под ребра и сжимает сердце в тиски, хоть я и вижу подругу прямо сейчас через экран.

— Ты первая, – говорю я, перекатываясь на бок. – Ну, как сдала экзамен по истории?

Сколько я ее помню, Зои хотела изучать компьютерные технологии в Стэнфорде так же сильно, как я хотела стать писателем, поэтому результат каждого теста имеет огромное значение. Необходимо хорошее портфолио.

— Ах, это. Все даже лучше, чем я ожидала, – небрежно говорит она, но по легкой, плохо скрываемой улыбке понятно, что у нее высший балл. Зои не может иначе.

— О, еще бы, мы же интеллектуалы, – говорю я, и она смеется. Смеюсь и я – счастливая оттого, что счастлива она.

— Ладно, ладно, теперь серьезно… – Зои поднимает руку. Внезапно выпрямляется. – Забудем про этот тест – как насчет того, что за эти несколько дней ты взяла и прославилась? И получила эту наикрутейшую стажировку – о чем я, между прочим, узнаю из статьи в журнале, а не от тебя!

О, кажется я знаю, о чем она. Буквально вчера вышла статья с фотографией, на которой мы с Кэзом вместе идем на урок. Пожелавший остаться неизвестным фотограф сумел поймать момент, когда Кэз потянулся к моей руке (как раз перед тем, как я его ударила). На этом фото мои глаза широко распахнуты от удивления, щеки порозовели. А Кэз слегка ухмыляется, не отрывая от меня сосредоточенного взгляда.

— Ага, знаю, – выдавливаю я. – Это… выглядит довольно странно, понимаю.

— Серьезно, только послушай! – Ее ногти быстро стучат по клавишам, затем она прочищает горло и начинает цитировать: – «Возлюбленный Элизы – популярный китайско-американский актер Кэз Сонг, наиболее известный по своим ролям в “Легенде о Фэйянь”, “Все начинается с тебя” и “Пять жизней, одна любовь”. Карьера юноши стремительно набирает обороты в Китае…»

— Да, я уже читала, – перебиваю я, скорчив гримасу.

— Ты как-то слишком спокойно к этому относишься, тебе не кажется? – говорит Зои. – Знаешь, что эта новость в трендах на «Вэйбо»?

— Угу, менеджеры Кэза уже доложили.

А он с гордостью поделился этой новостью со мной, добавив, что количество запросов с названием его следующего фильма взлетело на триста процентов. Возможно, я бы радовалась за него чуть больше, не рассказывай он об этом с таким самодовольным лицом и не настаивай, что все дело в его гениальной импровизации.

— Кэз, – повторяет Зои, перекатывая слог на языке будто конфету. – Что у вас с ним?

Я уже открываю рот, чтобы солгать, но тут же вспоминаю, что она знает. Зои – единственная, кому я призналась, что мое эссе было выдумкой. А теперь, получается, она единственный человек в мире, которому я могу сказать правду. Как иронично. – Он… Скажем так: он – временное прикрытие.