Книга Со смертью нас разделяют слезы, страница 40 – Ао Морита

До годовщины смерти Юдзуны оставалось два месяца. Если я что и мог успеть за это время, так это дать подруге пролить вдоволь слез.

Если честно, я сомневался, что этого достаточно, чтобы склонить чашу весов в другую сторону, но раз Момока считает, что после слез подруге намного спокойнее, то попробовать точно стоит.

В автобусе я сел на одно из задних сидений и открыл твиттер.

Зензенманн на мое недавнее сообщение не просто не ответил – он его даже не прочитал. Я не верил в городскую легенду, но все-таки хотелось, чтобы он меня как-то успокоил.

От остановки перед станцией я пробежался, потому что еще издалека углядел у сферического арт-объекта девушку с неизменным хвостиком. Я уже хотел ее окликнуть и даже поднял руку, но запнулся и остановился.

Хосино уткнулась в телефон и казалась сгорбленной под грузом какой-то невыносимой тяжести. Я и прежде чувствовал, что она с каждым днем становится все мрачнее. Возможно, сказывалось приближение страшной даты.

— Привет! Давно ждешь? – нехарактерно для меня радостно поздоровался я и даже похлопал ее по плечу.

Подруга вздрогнула, но быстро сообразила, что это я, и улыбнулась, точно на хмуром небе показалось солнышко. На самом деле я бы вечно смотрел именно на ее улыбку, а не на слезы.

Мне вдруг подумалось: «Живи еще долго-долго».

— Сэяма-кун! Уф, напугал. Ты чего такой веселый?

— Представь себе, и такое случается. Ну, идем!

— Гм! А куда? А то ты же ничего не сказал.

Я лучезарно улыбнулся:

— Вот на месте и узнаешь!

— Нечестно, – надулась Хосино, но никакие доводы меня не смягчили.

Добрались мы от станции за десять минут. По стрелкам от входа дошли до зальчика на втором этаже. С прошлого раза они, получается, переехали в помещение поскромнее.

— «Слезный вечер»? – прочитала Хосино на табличке и с удивлением воззрилась на меня.

— Сегодня заседание кружка, – объяснил я, пока мы выбирали пару свободных мест.

Хосино погрузилась в изучение листовки, которую взяла на входе.

— Ого! Любопытно.

— Да, ничего так.

— А ты что, уже был?

— Угу, в прошлом месяце.

— А чего меня не позвал? – возмутилась Хосино.

Я огляделся по сторонам. Кого-то из гостей я помнил по прошлой встрече, но и новых лиц хватало. И опять зал в основном заполняли взрослые лет до пятидесяти, а других школьников видно не было.

— Ой! Сэяма, ты? Надо же, снова пришел, – вдруг раздался из-за спины смутно знакомый голос.

Надо мной навис какой-то парень-брюнет в голубой рубашке.

— Извини… а ты кто?

— Это же я! Фурухаси! Мы тут познакомились месяц назад. Неужели из-за черных волос не узнал?

— О!

Точно. Вспомнил. Тот самый Фурухаси, с которым мы сидели рядом в прошлый раз. Он совершенно преобразился с нашей первой встречи. К тому же я не ожидал снова увидеть его на этом мероприятии.

— Сэяма-кун, это твой друг? – тихонько уточнила Хосино, поглядывая на парня.

— Скорее приятель, – неуверенно ответил я.

— Мицуру Фурухаси, одиннадцатый класс. Очприятно.

— Судзуна Хосино! Взаимно, – улыбнулась Хосино и кивнула.

— Можно к вам третьим? – спросил Фурухаси и сел, не дожидаясь ответа.

А затем поинтересовался у меня шепотом:

— Девушка твоя? Очень хорошенькая.

— Нет, скорее… подруга? – так же тихо отозвался я. – Мы вместе учимся. А вообще, я поражен, что ты пришел, после такой-то разгромной критики.