Книга Со смертью нас разделяют слезы, страница 36 – Ао Морита

Несколько лет назад в Сети прославился человек под ником Зензенманн: он умел предсказывать смерть. Его имя на немецком означает «Мрачный Жнец», и, по слухам, тот, кто скрывался под аккаунтом, безошибочно определял дату гибели человека в пределах девяноста девяти дней.

Достаточно отправить Жнецу в личку фотографию, на которой видна голова человека. Он отвечал только тем, над кем увидел цифры. Я раньше уже присылал ему пару своих фоток, но ответа ни разу не удостоился.

До годовщины смерти Юдзуны оставалось не так много времени. И если Хосино в этот день умрет, Зензенманн ответит. Я приложил к сообщению свежую фотографию и отправил его.

— Все, готово! – воскликнула Хосино, и я тут же поднял голову.

Она дописала впечатления о фильме и спрятала блокнот. Я же поспешно погасил экран и залпом допил оставшийся напиток.

— Сэяма-кун, тебя даже сегодняшний фильм не довел до слез. Беда! – вздохнула подруга, мелкими глоточками попивая холодный чай.

— Тебе-то какая разница?

— Никакой, но я решила во что бы то ни стало добиться своего!

— Сомневаюсь, что у тебя получится.

Хосино надулась и в знак протеста отпила еще глоточек.

Я невольно рассмеялся. Хорошо бы и правда когда-нибудь расплакаться! С другой стороны, если это случится, я больше никогда не увижу Хосино. И ничем ей уже не помогу.

Тем временем подруга опомнилась и вернулась к обсуждению впечатлений от фильма. Я только поддакивал в нужных местах, но на самом деле думал о своем.

Долгие каникулы подошли к концу, начался второй триместр. Хосино так и не притронулась к домашке вплоть до последнего дня. Ей пришлось просить помощи у Момоки, но она все равно не успела. Наш классный руководитель отчитал ее так, что у Хосино задрожали губы. Однако сразу после уроков она вцепилась в меня, не давая толком почитать.

— Сэяма-кун, ты будешь участвовать в постановке? – стала допытываться она, оправдываясь, что перед отработками ей надо перевести дух.

Только что мы на классном часе обсудили, что хотим поставить на осеннем фестивале спектакль. Выбрали «Ромео и Джульетту». Лично я голосовал против, потому что считал, что можно придумать что-нибудь посовременнее и поувлекательнее, но против большинства не попрешь. Впрочем, эта пьеса хотя бы реалистичнее «Гарри Поттера», который проиграл с минимальным отрывом.

Идею со спектаклем вообще протащил Такахаси из драмкружка. Дело в том, что они в этом году недобрали новичков и не смогли организовать собственное фестивальное выступление, вот Такахаси и подключил класс. Многие протестовали, но, поскольку достойной альтернативы никто не предложил, пришлось согласиться на спектакль.

— Ну-у-у, играть я не люблю, так что буду помогать либо со звуком, либо со светом. Или декорации строить. А ты?

— Играть не хочу, думала подключиться к костюмерам или тоже с декорациями помогать.

— Идешь по простому пути!

Ромео играл, конечно же, Такахаси, как член драмкружка, но остальные роли, как ни странно, пока не распределили. А я, если честно, даже толком не знал, о чем пьеса. Только слышал, что это трагедия.

— Слушай, а ты знаешь сюжет? – вдруг спросил я.

Хосино в задумчивости поглядела в потолок:

— Ну если вкратце, то парень и девушка из враждующих семей влюбились друг в друга и хотели пожениться, но, поскольку семьи сделать это им бы не позволили, они надумали сбежать. А в конце оба по недоразумению погибли.