Онлайн книга «Дом на берегу счастья»
|
— Но в этом вся прелесть. Ничего по-настоящему стоящего нельзя заполучить просто так, вы согласны? – Он испытующе посмотрел на нее. – Пойдемте поедим. От всех этих разговоров у меня проснулся аппетит. * * * Они расположились в маленьком итальянском ресторанчике на мощеной улочке и угостились пиццей, которая сама по себе была произведением искусства. Пока они ели, Майк поведал Труф о том, как поехал учиться во Флоренцию, отказавшись управлять семейной фермой, и как отец так и не смог простить его за это. — Наверное, это было тяжело? — Мама меня поддержала, – сказал Майк. – Так было немного легче. Не то чтобы у меня был выбор. Фермер из меня такой же, как бухгалтер. Я просто не могу заниматься ничем другим, кроме искусства. Жаль, отец так и не увидел, чего я достиг. Он погиб шесть лет назад в аварии. — Мне жаль. — Спасибо. Но я уже смирился. От осинки иногда рождаются и апельсинки. Хотя по-настоящему мы поссорились всего один раз – когда я выбрал себе профессию. — Вы сказали, что во Флоренции у вас была девушка. А что с ней случилось? – спросила Труф. Слова Майка о деревянных скульптурах, которые он делал для этой девушки, подогрели ее любопытство. — Она забеременела. – Он нахмурился и немного помолчал. – Мы не планировали этого. Где-то на третьем месяце мы потеряли ребенка… Она не обрадовалась, когда узнала, что беременна, но после выкидыша порвала со мной. – Он пожал плечами. – Сначала я подумал, что она просто так тяжело восприняла все пережитое. А потом оказалось, что именно незапланированная беременность и расставила для нее все точки над «i». Я был просто раздавлен. Я понятия не имел, что она несчастлива, пока она сама мне не сказала. Но все-таки мне было бы неприятно узнать, что она осталась со мной только из-за ребенка. – Он покрутил вино в бокале. – Изабелла была прекрасна. Но она гораздо больший экстраверт, чем я. Она очень любила разные тусовки, нуждалась в активной жизни, а я никогда не смог бы разделить с ней это увлечение. Конечно, нам бывало хорошо вместе, но… — Мне очень жаль. Наверное, вам было тяжело. Он кивнул: — Первое время – да. И, видимо, я, как обычно, выплеснул все свои переживания в работу. Позже в том же году я вернулся в Ирландию, и именно тогда у меня наконец все стало налаживаться. – Он улыбнулся. – Иногда я получаю от нее весточки. Терять контакт мы не стали – шлем друг другу рождественские открытки, поздравляем друг друга с днем рождения и всякое такое. Самое смешное, что сейчас она замужем и за четыре года у нее родилось четверо детей. – И он скорчил такую гримасу, что Труф расхохоталась. – Видимо, женщины сердцем чувствуют, кто тот самый, а кто нет, – сказал он и тоже рассмеялся. Затем он попросил счет. – Пойдемте! Посмотрим на мое последнее детище. Не будем заставлять его ждать. Литейный цех находился примерно в пятнадцати минутах ходьбы от ресторанчика. Они неспешно двинулись в путь, и, когда Майк непроизвольным движением обнял ее за плечи, Труф обняла его за талию. Ей было хорошо. Они прошли по Дэйм-стрит, миновали Дублинский замок, затем нырнули под арку, ведущую на другую площадь. Там повсюду сидели люди, ели, разговаривали и смеялись, и это сразу напомнило Труф о рекламе, которую она видела, когда отдыхала вместе с Полин в загородном спа-салоне. Теперь ей казалось, что это все было в какой-то другой жизни. Они проследовали дальше, в Те-Либертис, старую часть города. Майк повернул к большим широко распахнутым воротам и остановился перед стальными раздвижными дверями; они блестели в лучах вечернего солнца. |