Книга Дом на берегу счастья, страница 72 – Фиона О’Брайан

— Все фотографии на месте, – сказала она глухо. – Можете проверить.

— Спасибо, Мора. – Он держался бодро, но не смотрел на нее. – Я поверю тебе на слово.

Она вернулась в холл, взяла свой чемодан и бросила последний взгляд на дом, в котором была счастлива так недолго. Потом она закрыла за собой тяжелую входную дверь и отправилась искать такси, чтобы доехать до вокзала. Идти ей было некуда, кроме как домой, – униженной и опозоренной!

Труф выпила кофе в кафе Нессы и уже направлялась домой, когда ее внимание привлекли веселые крики, доносящиеся из местного парка. Она решила сделать крюк, рассудив, что если не срежет дорогу, то хотя бы прогуляется по живописным местам. Время от времени она останавливалась понаблюдать за детьми, которые резвились на игровых площадках или вместе с родителями кормили уток на пруду.

В детстве Труф часто упрашивала Полин сводить ее в парк. Из разных туннелей или лазалок она просто не вылезала, а вот от качелей старалась держаться подальше. Дело в том, что на качели постоянно приходили дети с папами, которые их катали.

— А почему у нас нет папы? – спросила она как-то раз по дороге домой.

— У нас есть папа, – возразила Полин, – и даже двое. Твой дедушка Крис, с которым у тебя не получилось познакомиться, – мой папа – сейчас на небесах. – Она помолчала немного. – А еще есть твой папа, Тони, и он… Ему пришлось уехать.

— Почему? И где он сейчас?

— Честно? – Полин присела на корточки и заглянула ей в глаза. – Я не знаю, где он, милая. Но он был несчастлив. Я думаю, ему было очень плохо. И ему пришлось уехать, чтобы все наладилось. – Она взяла лицо Труф в ладони. – Но я знаю, что он любит тебя больше всего на свете. Однажды он сам тебе это скажет. – С этими словами она выпрямилась. – Пойдем поедим мороженого.

— Как думаешь, он сейчас один?

— Не знаю, солнышко. Но это не имеет значения.

— Я думаю, он не должен оставаться один, – сказала Труф и посмотрела на маму. – Вдруг ему сейчас грустно?

Тогда Полин чуть крепче сжала ее руку.

Помимо прочих талантов, у Труф была одна способность, которая выделяла ее как специалиста и делала серьезным противником на разного рода судах. Она умела запоминать слово в слово практически любой разговор. В зависимости от обстоятельств эта способность могла оборачиваться как проклятием, так и благословением.

Сейчас, вспомнив этот разговор спустя годы, она осознала, как тяжело было тогда Полин, молодой матери-одиночке, и на какие жертвы она пошла ради дочери. Тем более что Полин, к ее чести, ни разу слова плохого не сказала о Тони, пропавшем отце Труф.

Подрастая, Труф кропотливо собирала воедино все кусочки головоломки: фрагменты рассказов и объяснений Полин. Затем она как следует над всем этим поразмыслила – и наконец смогла взглянуть в лицо суровой правде. И однажды утром, когда Полин вошла на кухню в их крошечной квартирке, четырнадцатилетняя Труф прямо спросила ее, со всем юношеским максимализмом:

— Он просто бросил нас, верно?

Полин была ошарашена этим вопросом, но даже тогда попыталась защитить Тони:

— Жизнь – сложная штука, Труф. Надеюсь, когда-нибудь тебе доведется услышать и его версию событий.

— Не хочу я его слушать! – огрызнулась Труф. Она вся кипела от злости.

— Не суди его слишком строго, милая, – сказала Полин с грустной улыбкой. – Это от него тебе достались такие длинные ресницы и такая сногсшибательная внешность.