Книга Рождество в Голливуде, или Лучшая роль в моей жизни, страница 58 – Синтия Кафка

— У вас широкий круг общения, Эрнест. Однако наличие знакомств не означает, что вокруг только друзья. В мире кино все становится известно, кому, как не вам понимать это.

— Ну что же, я…

— Вы о многом умолчали, отправляя меня к Линдси Гамильтон. Вам было прекрасно известно, что затевается, что техасцы будут держаться рядом со мной, а может, не просто держаться. Я выяснила, что вы проводили большую часть времени в Голливуде, с Линдси, и собирались распространять хлорифодию на ваших светских вечеринках.

Если Приотто и чувствует, что попал в ловушку, он этого не показывает.

— О чем вы говорите?! – возмущенно вскрикивает он. – Я марионетка, которую обманом заставили участвовать в фарсе, жертвой которого стали и вы. Мы в одной лодке!

Я смеюсь, демонстрируя безупречные зубки, которые мне отбелили за счет продюсера.

— У Плюков есть поговорка – грубая, но выразительная: «Глупо зажиматься, если уже обделался». Вы, скорее всего, не знаете, что мне свойственна тонкая наблюдательность. Вещи, люди… Я все вижу, все запоминаю. Мне очень понравилось оформление вашего кабинета, его современный дизайн… Потому-то мне и бросилась в глаза одна деталь: ваш маленький снежный шар. Неплохое побочное занятие – торговля хлорифодией. Думаю, очень даже доходное.

Приотто скрипит зубами, капля пота скатывается на воротник фирменной рубашки, но присутствия духа он не теряет.

— Вы хитрее, чем может показаться, мадемуазель Плюк, но я уже поместил шары в надежное место, как вы, конечно, догадываетесь. Вы ничего не сможете доказать, а если пойдут слухи, смело ставьте крест на своей карьере. Об этом вы подумали?

— Вообще-то, доказательства уже есть. И – да, я хорошо подумала. Решение принято, я…

— Прерву вас, мадемуазель, я…

— Нет, это я прерву вас, господин Приотто! – веским тоном произносит комиссар полиции, которая ждала неподалеку, готовая вмешаться в нужный момент. – Я – комиссар Фонтен, действую по согласованию с ФБР. Весь этот разговор был записан, что позволяет нам провести обыск в принадлежащих вам помещениях. Благодарю за любезное сотрудничество.

От лица Приотто отливает вся кровь. Комиссар Фонтен мгновенно надевает на него наручники и говорит мне спасибо. Агент награждает меня ненавидящим взглядом, я в ответ корчу рожу. Бабуля, доедающая канапе, высказывает свое удивление:

— Этот человек бледный, как задница молочника! Он уже уходит? Жаль, я бы угостила его моим крапивным настоем!

Я улыбаюсь и достаю телефон.

«Ку-ку, агент Торрес! Хотела предупредить, что задержание прошло по плану, в точности, как вы спланировали перед моим отъездом. Успешного продолжения!»

С чувством выполненного долга убираю телефон и предаюсь мечтам. Кто знает, возможно, полиции понадобятся актрисы?

Приотто выводят из зала под шквал аплодисментов, каждый комментирует происходящее, как будто остальные отсутствовали и не видели случившегося. Сельские кумушки выступают как футбольные комментаторы. Через три дня все на тридцать километров в округе будут утверждать, что на площадь приземлилась дюжина вертолетов и десятки полицейских отчаянно сражались с вооруженными преступниками. Добро пожаловать в мою деревню, где даже тощенькая сплетня вырастает до немыслимых размеров. Впрочем, как везде и всюду.