Книга Все начнется с нас, страница 68 – Колин Гувер

Заботливый Атлас.

Мы подобрались к моменту, когда нужно принять решение. У меня в тумбочке есть презерватив, а у Атласа немного времени перед тем, как уйти. Но как только мы перестаем целоваться, чтобы хотя бы немного поглядеть друг на друга, он качает головой. Мы оба тяжело дышим — нелегко так долго изнемогать от желания, — потом Атлас откатывается и ложится на спину.

Он все еще одет. И я по-прежнему в бюстгальтере и трусиках. Мы так и не продвинулись дальше.

— Я очень этого хочу, — выдыхает он, — но не хочу потом сразу уезжать. А мне придется.

Атлас поворачивается на бок и кладет ладонь на мой живот. Он смотрит такими голодными глазами, словно готов сказать «забудь» — и наброситься на меня.

Вздохнув, я прикрываю веки:

— Чертова ответственность.

Атлас смеется, и я чувствую, как он придвигается ближе. Он целует меня в уголок рта и говорит:

— Я ведь еще не уезжаю…

При этом его указательный палец ныряет под резинку моих трусиков, пониже пупка. Он оттягивает резинку, наблюдая за моей реакцией.

Я раздвигаю бедра, надеясь, что намек достаточно прозрачный.

Каждая частичка моего тела горит огнем, когда Атлас запускает еще два пальца в мои трусики. А когда туда проникает вся ладонь, я пропала. Я издаю прерывистый вздох и обеими руками стискиваю простынь, а затем, выгнув спину, подаюсь бедрами навстречу его ладони.

Он приближает ко мне губы, но не целует. Движения моих бедер и стоны подсказывают ему, как довести меня до конца.

Он прекрасно меня чувствует. Уже скоро мои бедра напрягаются, сжимая его ладонь, и я за шею притягиваю Атласа ближе, чтобы слиться в поцелуе на финишной прямой.

Когда все заканчивается, он вытаскивает руку из моих трусиков и оставляет ладонь у меня на животе, пока я прихожу в себя. Моя грудь вздымается и опускается.

Атлас тоже тяжело дышит, но мне нужна пауза, чтобы восстановить силы, а уже потом я с этим разберусь.

— Лили. — Он нежно целует меня в щеку. — Мне кажется, у тебя… — Атлас осекается, и я распахиваю глаза.

Он взглядом указывает на мои груди, а затем на свою белую рубашку, которая чем-то испачкана.

Вот черт!

Я опускаю глаза и вижу, что мой лифчик насквозь промок. О боже… Грудное молоко. Какая же я идиотка!

Впрочем, Атлас ведет себя как ни в чем не бывало. Он скатывается с кровати и говорит:

— Не буду тебя смущать.

Я немного стыжусь своего мокрого лифчика, поэтому хватаю простыню и прикрываю грудь, а затем уже подхожу к Атласу. Похоже, я убила ему весь настрой.

— Ты уезжаешь?

— Нет, конечно.

Он целует меня и выходит из комнаты с невозмутимым видом, словно это абсолютно в порядке вещей — заниматься сексом с женщиной, которая кормит грудью ребенка от другого мужчины. Уверена, он хотя бы чуточку, но сконфужен, просто тщательно это скрывает.

Следующие несколько минут я провожу в ванной, сцеживая молоко, затем быстро принимаю душ. Нацепив безразмерную футболку и первые попавшиеся пижамные шорты, возвращаюсь в гостиную.

Атлас терпеливо ждет меня на диване, с телефоном в руке. Я все еще немного стесняюсь, поэтому сажусь рядом, но не вплотную.

— Прости, — бормочу я.

— Лили. — Он чувствует мое смущение, поэтому берет меня за руку. — Иди сюда. — Он тянет меня к себе, чтобы я его оседлала. Его руки скользят вверх по моим бедрам и останавливаются на талии. Атлас откидывает голову на спинку дивана. — Сегодня идеальный вечер. Даже не думай извиняться.