Книга Когда мы были осколками, страница 168 – Акация Блэк

— Я знаю, что ты ублюдок, но ты ведь не сделал этого, да, Лиам? – спрашивает она, находясь на грани сердечного приступа.

Невинно пожимаю плечами.

— Лиам, – рычит она. – Я сделаю сумку из кожи с твоих яиц.

Для меня это слишком. Не выдержав, разражаюсь смехом, а потом целую ее в лоб. Она наконец расслабляется, смеясь во весь голос.

Боже, этот смех. Эта улыбка. Даже по пробуждении она прекрасна и чиста как ангел.

— Жду тебя внизу.

— Ты невыносим, ты в курсе? Почему ты всегда разыгрываешь меня самым ужасным образом, – очаровательно стонет она.

Окидываю ее взглядом. Ее гипнотические глаза, маленький озорной носик, острые скулы, полные губы, и улыбаюсь, ощущая знакомое пощипывание под кожей.

— Потому что нет ничего прекраснее, чем слышать твой смех, – говорю я.

И захлопываю дверь, оставляя за ней последний кусок стены, защищавшей мое сердце.

Луна, 15 лет – Лиам, 17 лет

Едва мои веки успели сомкнуться, как меня будит душераздирающий крик.

— Стой!

Протираю глаза и вижу перед собой скорчившегося Лиама. Его бьет дрожь.

— Не трогай ее, – всхлипывает он.

— Лайми, проснись.

Быстро вскакиваю, чтобы сесть на корточки у кровати, и убираю волосы с его лба. Он весь горит, из закрытых глаз текут слезы. Я пытаюсь разбудить его, но он пинается и стонет. Пытаюсь сесть на него, чтобы обездвижить, но Лиам вскидывает руки и случайно бьет меня локтем в скулу.

— Ай!

От боли немеет правая сторона лица. Его глаза все еще закрыты, и он выглядит напуганным даже во сне. Я никогда не видела лучшего друга таким.

— Лиам, открой глаза! Это я, Луна.

Положив руки ему на плечи, трясу сильнее. Лиам, втягивая воздух, резко садится. Вцепившись в одеяло, оглядывается по сторонам. За несколько секунд страх в его взгляде сменяется облегчением.

— Я рядом… Это просто кошмар. Мы у меня, помнишь? Вечером мы тусили у Трэвиса.

Не знаю, зачем я ему все это рассказываю, но, похоже, это его успокаивает, потому что он наконец-то смотрит мне в глаза. Затем обнимает меня, прижимаясь лицом к моей груди. От горячих слез мокнет кожа и декольте футболки. Лиам прижимает меня к себе так крепко, что становится больно, но я не жалуюсь, пока его сердцебиение не замедляется.

— Прости, что напугал тебя, крошка Луна. – Он вытирает лицо тыльной стороной ладони.

— Расскажи мне, – шепчу я. – Что тебе снилось?

— Не помню.

Он лжет.

— Лиам, ты дрожал. Как будто ты с кем-то боролся. Ты даже ударил меня.

Тут же закрываю рот – мне не хотелось говорить это так резко.

— Я сделал тебе больно? – начинает паниковать он.

— Ты с кем-то дрался и локтем угодил мне в скулу.

Пытаюсь ободряюще улыбнуться, но его глаза округляются от ужаса.

— Я… я не хотел, – заикается он.

Он слегка отстраняется, а потом утыкается локтями в колени и прячет лицо в ладонях.

— Я не хотел, Лу.

— Я знаю.

Обнимаю его, чтобы успокоить его дрожь. Безрезультатно.

— Я не такой, как он, – бормочет он снова и снова. – Я не нарочно, Лу.

— Лиам, о чем ты?

Он заглядывает мне в глаза с душераздирающей печалью.

— Я не могу об этом говорить.

Этот тон ясно дает понять, что это решение обжалованию не подлежит. Вот только я вижу, что он на грани.

— Ты мне не доверяешь?

Он невесело усмехается.

— Дело не в этом, крошка Луна. Ты одна из тех немногих, кому я доверил бы свою жизнь.